Чем больше черных глаз, тем больше переносиц — Иосиф Бродский

Чем больше черных глаз, тем больше переносиц,
а там до стука в дверь уже подать рукой.
Ты сам себе теперь дымящий миноносец
и синий горизонт, и в бурях есть покой.
Носки от беготни крысиныя промокли.
К лопаткам приросла бесцветная мишень.
И к ней, как чешуя, прикованы бинокли
не видящих меня смотря каких женьшень. Читать далее «Чем больше черных глаз, тем больше переносиц — Иосиф Бродский»

Anno Domini — Иосиф Бродский

М. Б.
Провинция справляет Рождество.
Дворец Наместника увит омелой,
и факелы дымятся у крыльца.
В проулках … толчея и озорство.
Веселый, праздный, грязный, очумелый
народ толпится позади дворца. Читать далее «Anno Domini — Иосиф Бродский»

Письмо к А.Д. — Иосиф Бродский

Bсе равно ты не слышишь, все равно не услышишь ни слова,
все равно я пишу, но как странно писать тебе снова,
но как странно опять совершать повторенье прощанья.
Добрый вечер. Kак странно вторгаться в молчанье.

Bсе равно ты не слышишь, как опять здесь весна нарастает,
как чугунная птица с тех же самых деревьев слетает,
как свистят фонари, где в ночи ты одна проходила,
распускается день — там, где ты в одиночку любила. Читать далее «Письмо к А.Д. — Иосиф Бродский»

На смерть Т.С. Элиота — Иосиф Бродский

I

Он умер в январе, в начале года.
Под фонарем стоял мороз у входа.
Не успевала показать природа
ему своих красот кордебалет.
От снега стекла становились у’же.
Под фонарем стоял глашатай стужи.
На перекрестках замерзали лужи.
И дверь он запер на цепочку лет. Читать далее «На смерть Т.С. Элиота — Иосиф Бродский»

Представь, чиркнув спичкой, тот вечер в пещере — Иосиф Бродский

Представь, чиркнув спичкой, тот вечер в пещере,
используй, чтоб холод почувствовать, щели
в полу, чтоб почувствовать голод — посуду,
а что до пустыни, пустыня повсюду.

Представь, чиркнув спичкой, ту полночь в пещере,
огонь, очертанья животных, вещей ли,
и — складкам смешать дав лицо с полотенцем —
Марию, Иосифа, сверток с Младенцем. Читать далее «Представь, чиркнув спичкой, тот вечер в пещере — Иосиф Бродский»

Фонтан памяти героев обороны полуострова Ханко — Иосиф Бродский

(из цикла «С февраля по апрель»)
Здесь должен быть фонтан, но он не бьёт.
Однако сырость северная наша
освобождает власти от забот,
и жажды не испытывает чаша. Читать далее «Фонтан памяти героев обороны полуострова Ханко — Иосиф Бродский»

Не выходи из комнаты, не совершай ошибку — Иосиф Бродский

Не выходи из комнаты, не совершай ошибку - Иосиф БродскийНе выходи из комнаты, не совершай ошибку.
Зачем тебе Солнце, если ты куришь Шипку?
За дверью бессмысленно все, особенно — возглас счастья.
Только в уборную — и сразу же возвращайся.
О, не выходи из комнаты, не вызывай мотора.
Потому что пространство сделано из коридора
и кончается счетчиком. А если войдет живая
милка, пасть разевая, выгони не раздевая.
Не выходи из комнаты; считай, что тебя продуло.
Что интересней на свете стены и стула?
Зачем выходить оттуда, куда вернешься вечером
таким же, каким ты был, тем более — изувеченным? Читать далее «Не выходи из комнаты, не совершай ошибку — Иосиф Бродский»

Post aetatem nostram — Иосиф Бродский

А. Я. Сергееву
I
«Империя — страна для дураков».
Движенье перекрыто по причине
приезда Императора. Толпа
теснит легионеров, песни, крики;
но паланкин закрыт. Объект любви
не хочет быть объектом любопытства.

В пустой кофейне позади дворца
бродяга-грек с небритым инвалидом
играют в домино. На скатертях
лежат отбросы уличного света,
и отголоски ликованья мирно
шевелят шторы. Проигравший грек
считает драхмы; победитель просит
яйцо вкрутую и щепотку соли. Читать далее «Post aetatem nostram — Иосиф Бродский»

Подражая Некрасову, или любовная песнь Иванова — Иосиф Бродский

Кажинный раз на этом самом месте
я вспоминаю о своей невесте.
Вхожу в шалман, заказываю двести.

Река бежит у ног моих, зараза.
Я говорю ей мысленно: бежи.
В глазу — слеза. Но вижу краем глаза
Литейный мост и силуэт баржи. Читать далее «Подражая Некрасову, или любовная песнь Иванова — Иосиф Бродский»

Памяти Н.Н. — Иосиф Бродский

Я позабыл тебя; но помню штукатурку
в подъезде, вздувшуюся щитовидку
труб отопленья вперемежку с сыпью
звонков с фамилиями типа «выпью»
или «убью», и псориаз асбеста
плюс эпидемию — грибное место
электросчетчиков блокадной моды.
Ты умерла. Они остались. Годы
в волну бросаются княжною Стеньки.
Другие вывески, другие деньги,
другая поросль, иная падаль.
Что делать с прожитым теперь? И надо ль
вообще заботиться о содержаньи
недр гипоталамуса, т. е. ржаньи,
раскатов коего его герои
не разберут уже, так далеко от Трои. Читать далее «Памяти Н.Н. — Иосиф Бродский»