Стихи о Безумном Максе

Стихи о Безумном МаксеКак всегда гладко выбрит,
Подтянут, опрятен.
В чёрной, кожаной куртке,
Величественно статен.
Странник пути,
Горизонт у его ног.
Это, безумный Макс —
— рыцарь дорог.
Потерял он всё,
Жену и ребёнка.
Ему их заменили
Бензин, отработка.
В его мире без правил,
Кто сильнее, тот — прав.
И, он не один воюет
За этот страшный устав.

Дикие нравы
Людей, привели.
Всё, ради славы
Они стёрли с земли.
Но остались шакалы,
Псы этих мест.
За литр горючего
Людей вешали на крест.
И, ещё здесь была
Жалкая кучка людей.
Отбиваясь от псов
С сильной волей своей.
Они автономно
Добывали чистую нефть,
Из-за которой непреклонно
Их и постигала смерть.

Эти люди сошлись
С Максом безумным.
И, решили бежать,
Зная, что путь будет трудным.
Люди рвались на север,
В страну земного рая.
Псы мчались за ними,
Словно стая шакалов.
Но Макс им помог,
Псов дорог победил.
Всё ради этих
И тех, что любил.
Для людей тех он стал
Великий, как бог.
В легендах о нём, Его звали —
— Макс, рыцарь дорог.

Шаковец Алексей

*****

Пройдя путь боли и крови,
Рассудка лишился навек.
Я падший воин дороги
И забытый всеми человек.
Брожу один, средь пустыни
Нагой, и как дурак последний
Иллюзии прошлой жизни
Ору: «Погоди, не уходи, постой!».

LiRose

*****

Всегда один, кругом враги
Непобедим, тоска в груди
Его понять нам не дано
Один на всех, все на одного
Он жмет на газ своей машины
В своей борьбе он одинок
Он одинокий волк пустыни
Герой асфальта и дорог.

Припев:
Он ненавидит разных хамов
Уничтожает всех врагов
Безумный Макс творит порядок
Безумный Макс — воин дорог.

Стреляет в цель с обеих рук
Враг на дороге — слева хук
Бесстрашный взгляд всегда готов
Уничтожать своих врагов.

Припев:
За ним по трассе горы трупов
Сгоревший хлам чужих машин
Безумный Макс — герой асфальта
Безумный Макс — герой пустынь.

Его машина всех быстрее
Стоит крутой движок
Он раньше всех приходит к цели
Безумный Макс — воин дорог.

Припев:
Стоит на страже он закона
В великой битве за бензин
Безумный Макс всегда сильнее
Безумный Макс непобедим
За ним по трассе горы трупов
Сгоревший хлам чужих машин
Безумный Макс — герой асфальта
Безумный Макс — герой пустынь.

*****

Изгой — не изгой, но он воин дороги.
О нем уж давно позабыли все боги;
Обжигает он ступни горячим песком,
Бросил вызов он солнцу, что пылает огнём.

Дробовик за спиной, а в кармане кастет.
В его интересах запрятать свой след.
Он странник: его не должны здесь найти,
Пока дни свои он считает в пути.

К его дому давно позабыта тропа,
Здесь дорожные войны идут за бензак.
Та машина его — это спутница смерти:
Не жеребцы у неё под капотом, а черти.

За воду он каждому глотку порвёт,
А после снова погонит вперёд,
Чтоб выжить, есть выход один — убивать,
Но после не сможет спокойно он спать.

Патронов ему не хватит на всех,
И не каждый пробить способен доспех.
Для этого случая носит он нож —
А потом даже тело в песках не найдёшь.

И раз он один, для него каждый — враг
Он жизнь свою вечно ставит ва-банк
И мчится в пустыне навстречу судьбе,
Надеясь покой разглядеть вдалеке.

И слева пустыня, и справа она,
Покрыла собой очень многих тела;
Герой лишь размеренно, прямо идёт
И смотрит на солнце. И только вперёд.

*****

Простор бескрайний впереди:
Ни патруля, ни знака.
Дорога — хоть куда кати,
Хватило бы бензака.

Пустыня, солнце, зной, песок —
Слепящая расцветка.
Дуплетом в сердце и в висок
Безумье мажет редко.

Далёкий детский шепоток
Мужским сменился, старым.
В груди толкнулся холодок
Удара за ударом.

Они пришли. Они опять
Твое тревожат имя.
Они не перестанут звать
В могилу, вслед за ними.

«Ты обещал нас защитить!» —
Укором стрельнет в уши.
Не думал память бередить,
Но мир всё глуше, глуше…

«Мы умерли из-за тебя!» —
Рефреном бьёт по нервам,
Сознанье надвое дробя,
Веля сдаваться первым.

«Ты нас оставил умирать!» —
Вонзится в мозг и в душу.
Ты что, надеешься сбежать?
Напрасно. Слушай, слушай!

Смотри на них, смотри в глаза!
Мелькают как живые.
На вой сменились голоса
Надрывно-роковые.

Вина настырна и слепа,
Ей не остановиться,
И обернулись в черепа
Их, не спасенных, лица…

Когда опомнишься, вокруг
Безлюдная пустыня.
Гуляет ветер — тихий звук.
Да копоть на машине.

Взревёт мотор, взвихрится пыль —
Твой путь вперёд, без цели.
Здесь всем пора умерить пыл,
Забыть, чего хотели,

Мечтать о пище и воде,
За них же резать глотки,
Погрязнуть в рабстве и вражде,
Вплетя безумья нотки.

Полураспада мёртвый мир
С людьми играет строго,
Не разбирая, кто кумир:
Хоть чёрта славь, хоть бога.

Держись за руль, хватай ружьё,
Молчком прими решенье:
Найти в дороге не своё —
Чужое искупленье.

*****

Песок на зубах. Пламя, фуры и скорость
Погони, что жизни смеряет лимит.
От смерти в огне здесь спасает лишь стойкость,
Дыханье в оплавленных легких хрипит.

Глаза выжигает палящее небо,
И пламя пожаром по коже скользит.
Погибель в песке — вот все Пустоши кредо.
И, адом вскипая, кровь в венах горит.

И дышит в затылок, уже совсем рядом,
Могилы в огне оглушительный вой.
То — гонка в песках, пропитавшихся ядом,
Пустыни постъядерной адский убой.

Песок впереди, а вокруг нас — армада.
По краю ведомы безликой судьбой.
И снова, и снова — во все круги ада.
И снова, и снова — фатально живой.

И, жаждой терзая, безумием манит
Кроваво-горячий от смерти побег.
В любую секунду любой мертвым станет,
Слепяще-багрян окружающий свет.

Мы мчимся сквозь пекло. И солнцем сияет
Палящего неба бесстрастный ответ:
Кровь, ярость и боль — это все, что осталось.
Зеленых земель на Земле больше нет.

*****

Ты беспокойно дремлешь на соседнем кресле, устало голову склонив себе на грудь,
А небо пышет миллиардами созвездий и мёртвым светом мне подсвечивает путь.
Повсюду пустошь — бесконечна и бездонна. Повсюду только удушающая сушь.
Но чтоб сберечь тебя от яростной погони, я сквозь любую преисподнюю прорвусь.

Пусть в баке топливном стремительно пустеет, мне не такие передряги по плечу,
И, подгоняемый спасительной идеей, навстречу пыльной буре безрассудно мчу.
Пустыня скалится в ответ беззубой пастью, она злорадствует, осознавая риск,
И, предвкушая результат кровавой жатвы, нетерпеливо ветром треплет воротник.

А за спиной не утихает злобный хохот, шальные присвисты и возбуждённый гвалт.
Лихих фанатиков торопит адский голод и ненасытное желанье убивать.
Здесь каждый только за себя, самозабвенно горит надеждой покрупней урвать кусок.
А проигравших, словно жертвы подношенье, в свои объятья примет бархатный песок.

В сгоревшем мире, преисполненном безумством, где люди с жадностью глотают кровь врагов,
Порой случается, что трепетные чувства, почти утерянные, оживают вновь.
Их не понять отпетым, безнадёжным психам, их не расплавить лютой, проклятой жарой,
Все неприятности стираются под тихим, простым признанием: «Я рад, что ты со мной».

*****

Вы послушайте, ребята, расскажу я вам сейчас,
Как с Несмертным Джо сражался наш герой — Безумный Макс.
Не за власть, бензак и воду, не за жён врагов он бил:
Парень рвался на свободу, чтоб вернуть автомобиль!

Сценарист в картине новой слов ему немного дал —
Макс одним лицом суровым покорил весь кинозал.
Зритель ахнул в изумлении — до чего же он хорош!
Лучше в этой Цитадели парня просто не найдёшь.

Воины полураспада — их в толпе не различить,
Макс один герой что надо, даже если он молчит.
Даже если полкартины на капоте провисел,
Героический мужчина — сразу ясно стало всем.

Мы гадаем у экрана: отчего же Макс суров?
В жизни он видал немало голых задниц и шипов…
Байкеров не-натуралов, мир в бензиновой войне.
С парнем всякое бывало… Может, дело не в семье?

Потому и не опишешь ужас, что он испытал,
В плен попав к ужасным лысым полуголым мужикам.
Сидя в клетке, твёрдо верил: трахнут, суки, сто пудов!
Но бойцам из Цитадели доноры нужны и кровь.

Сценарист и тут лютует: вмиг намордник нацепил
И к огромной пыльной фуре Макса в клетке прикрутил.
Вопли, скорость и погоня, Накс летит во все газа,
Наш герой отважно стонет и таращит в зал глаза.

Оскар дать бы Тому Харди, это ж надо так сыграть —
Чтоб почти за четверть фильма слова три суметь сказать!
Но молчит герой достойно, очень правильно молчит,
А на фоне беспокойно лысый парень истерит.

Фуриоса убегает с кобылицами в закат;
Джо Несмертный точно знает, что вернёт гарем назад;
Окружают Дикобразы, взрывы, бойня по пути,
Но девчонкам (ясно сразу) удалось от них уйти.

Буря, мгла и вновь погоня… Всех нас мучает вопрос:
Ну когда ж герой догонит этот чёртов водовоз?
Трах! Ба-бах! Упала фура! Полетела кувырком!
Угадайте, чья ж фигура шевелится под песком?

Верно! Мы не в Винтерфелле, главгероя не убить —
Час ещё, по крайней мере, этот парень должен жить!
И гарем найдя случайно — пять прекрасных юных фей —
Макс решил, как ни печально, грузовик ему нужней.

Может, он монах по жизни, может, просто западло,
Или с байкерами в прошлом парню всё же не свезло…
Но не вышло девок бросить, жанровый таков закон,
И с бесстрашной Фуриосой мчится Макс через каньон.

Байкеры, стрельба, погоня, Прелесть вздумала рожать —
В напряжении герои держат зрителей опять.
Джо, бойцы полураспада, Оружейник, Людоед —
Банды все и все отряды гонятся за ними вслед.

Видит зритель напряжённый очуменный грузовик,
И на фуре той огромной на цепях висит мужик.
Он лабает на гитаре, руки есть, но нету глаз!
Сам зачем, не понимаю, вспомнил я о нём сейчас…

Но неважно, пляшем дальше: байкеры со всех сторон,
Накс не справился с задачей, вниз летит одна из жён.
Этот экшн агрессивный сделан не для слабаков,
Вот они — крутые фильмы для реальных мужиков!

Рассужденья, разговоры, объясненья, что к чему — в топку их,
Даёшь погони, фуры, байки и войну!
Ясно всё без перевода. И усилить чтоб накал,
Грузовик попал в болото — Макс и тут не подкачал!

Оружейник по колёсам лупит очень горячо,
Макс подставил Фуриосе под ружьё своё плечо,
Не является сексистом наш прославленный боец —
В зале даже феминисток покорил он, наконец.

Только зрители не знали — беглецам не повезло,
Бабки-байкеры сказали, что земель их нет давно.
— Мы сюда напрасно пёрли, мир накрылся весь пиздой, —
Эту мысль в приличной форме дамам огласил герой.

Новый план, и в путь обратный надо двигаться сейчас.
Тут и стало всем понятно, почему «Безумный» Макс.
Он как наш товарищ Сухов средь песков гарем спасал,
Только лысым стал Петруха, Абдула Несмертным стал.

Риск, потери — всё напрасно, снова путь на Цитадель,
Будет он куда опасней среди вражеских земель.
Вновь погоня, смерть повсюду, первый двигатель убит,
И, надеясь лишь на чудо, зритель на экран глядит.

Кто не видел той дороги, не оценит мой рассказ,
Не понять тому в итоге — чем так крут Безумный Макс.
Если кровь не стыла в жилах среди пыли и огня,
Если слёзы не просились на «запомните меня!»

Как не видевшим финала достоверно описать,
Что творилось на экране, и словами показать:
Гул моторов, рёв гитары, шквал свинца со всех сторон!
Среди взрывов и угара зритель нервно мял попкорн.

Положив народу кучу, сценаристы в раж вошли,
Здесь и трюки стали круче, и потери возросли.
Женщин-байкеров отважных и бойцов полуживых,
Всех погибших в этой каше, кто смотрел — запомним их!

Обрело свою Вальгаллу много пламенных сердец,
Вот и Джо-тиран в финале тоже встретил свой конец.
И трусливой и бесславной смерть Несмертного была,
Цитадель теперь по праву Фуриосе отдана.

Все ликуют, рады люди, наслаждаются водой,
Но романтики не будет — уезжает наш герой.
Макс нигде не остаётся, даль зовёт его опять.
Ну а зрителю придётся приключений новых ждать.

И ответов на вопросы — их немало у него:
Что с рукой у Фуриосы? Почему «Несмертный» Джо?
Режиссёр, раскрой же тайны, пятый фильм даёшь сейчас!
Пусть вернётся славный парень, наш герой — Безумный Макс!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *