Стихи о фильме «Храброе сердце»

Стихи о фильме "Храброе сердце"Храброе сердце — это подарок
Если тебе оно Богом досталось
Крепкие нервы и сильные руки
Помогут спасти от всесильной разлуки…
Все повторяется, в театре антракты
Ноты ожили, их блеск словно капли
Ровно лежат на пленительном теле
Я собираю из жизни мгновения…
Так мимолетно и призрачно счастье
Стоит коснуться утихнут все страсти
Разум откроет закрытые коды
Мы сопоставим прогнозы погоды…

Если у нас совпадут ДНК
Значит с тобой мы как брат и сестра
Тени сомнений тогда пропадут
Мы открываем запретный маршрут…
Мягкая музыка, нежный мотив
Я сам виноват, что я так знаменит
Не надо мне было записывать мысли
Зачем, почему и к чему эти числа…
Я не могу измерить все монетой
Мне хочется остаться человеком
Знаешь в чем сила людей на Земле?
Сила в единстве. в тебе и во мне…

Беркет Александр

*****

Храброе сердце «стучало» стараясь
Все превозмочь и все пронести,
Случай за случаем хватко цепляясь
С правдою вместе войско вести.

Храброе сердце в руке трепыхалось,
Данко не смел народ подвести.
Сердце «болело»,»кричало» и «клялось»
С пылу, весь мир от напасти спасти

Храброе сердце пыталось сорваться,
И полететь по миру стремглав
Но не успев со врагом поквитаться
Сердце затихло и умер сей нрав.

Храброе сердце «дышать» перестало,
Не рассчитав своих кровных часов
Храброму сердцу ТЕБЯ не хватало
И правосудия ЧЕСТНЫХ весов…

Povorova.l

*****

Ты помнишь последнюю битву
Со слугами тех королей,
Чей род, древний и именитый,
Назвал нашу землю своей?

Мы бились тогда за свободу —
За главную нашу мечту.
И лидер, простой, из народа,
Неистов был в этом бою.

Внушал его взгляд нам отвагу,
Его меч был грозою врагов,
Лилась кровь, как пенная брага
В застолии шумном пиров.

Нас предали — мы проиграли,
Залив землю кровью своей,
И тот, кого другом считали
Был пешкой в руках королей.

Неистово бился наш лидер,
Но всё ж оказался в плену,
И с ним короли захватили
Священную нашу мечту.

Ты помнишь как в день его казни
Ревела в экстазе толпа?
Как шлёпали ноги по грязи?
Как слёзы текли по щекам?

Наш лидер долго держался —
Он адские муки терпел.
Священник над ним возвышался
И голосом сладким велел:

«Пощады проси, если хочешь
Страданье своё оборвать,
И сразу же путь свой закончишь:
Слетит с твоих плеч голова».

Вскричала толпа: «Пощадите!»,
Мы тихо молили: «Проси»,
Но мученик полуубитый
Лишь зубы покрепче сцепил.

Казалось, пред смертью сломался:
Для возгласа воздух втянул…
Священник над ним ухмылялся,
Глазами довольно сверкнув.

Но рад был тогда слишком рано
В рясе кровавый мясник,
И вместо крика «Пощады!»
«Свобода!!!» был яростный крик.

Ты помнишь как к нам под знамёна
Тот бывший предатель попал,
И вскоре, всеми прощённый,
Нашим новым лидером стал?

Мы снова мечи наточили —
Нам битва опять суждена.
Силён и проворен наш лидер,
А на стяге реет мечта.

Вульфгар

*****

Свобода — и горы смеются волынкой,
И тянутся в солнечный полдень колючки,
И бьются в ладонях янтарные блики,
И эхо гуляет по облачным кручам.

Наверное, трудно пускаться вдогонку
Крылатым напевам, и тучам, и ветру,
И слишком опасно по каменной кромке
Шагать, задыхаясь, за призрачной верой…

Какое бездумное злое безумье
Толкает на гибель, выводит на битву?
Где скалят по-львиному бойницы зубья,
И тяжесть короны важнее молитвы,

Где звону монетному служат молебен,
Где звук твоей песни заведомо лишний…
И что может сниться в холодном забвеньи,
К которому ты так упорно стремишься?

Желаньем, как меткой стрелою прошитый,
Не сможешь вернуться, не примешь иное.
Живые легенды бессовестно лживы,
И лишь после смерти рождаются снова…

Ни страха, ни боли, а просто вас двое —
Один не хотел становиться героем,
Другой был бы рад знать и мирные годы,
Но что без борьбы означает свобода?..

Когда же откроется вечность, вся в звездах,
Когда же оставят последние силы,
И собственный крик разобьется о воздух,
Раздастся в толпе полушепотом: «Уильям…»,
И сердце расколется на половинки,
Впуская свободы священное право.

В горах высоко зарыдает волынка,
И небо сорвется в колючие травы.

Laurelinde

*****

На лохматых отгибах холмов, среди трав разросшихся ввысь,
Живут люди без цепей и оков, в головах своих теша мысль…
Пора волю вкусить сполна, пускай кровью польется земля,
На сторону диких станет луна, и безвольных ожидает петля.

Стук лишь стоп, рвань дыхания, крик. Небеса помогают им.
Ведь врагов человека не щадит, тех, кто смеется поверх руин.
Ни малый шотландец, ни старый грек, ни женщина, ни божество;
Каждый знает по сотне рек, каждый знает, почем волшебство.

Звон кузнечных костров и слияние душ, песни бродят в домах,
Когда гортанно смеется муж, а дети не помнят на вкус страх.
Весною стекают тогда снега, смывают с их лиц серый туман,
Оголяют пред небом хмельные луга, наполняя элем стакан.

Но пред этим пройдет век, омоются холмы кровавою мглой:
С колен должен встать их человек, перестать питаться смолой.
Уильям Уоллес, что слезами умыт, поднимает рукой полог,
Криком воли, который забыт в грязи тысяч английских дорог.

Вьются флаги свободных людей, зарываются в травы костры,
Жены прячут за спинами детей, но их спицы в руках так остры.
Грудью вольною на штыки, опираясь сердцем на корону его,
Показав вражьей морде клыки, вырывая из рук часть своего.

И даже на дыбе, пред смрадом толпы, перед властью врагов,
Когда задыхаешься от борьбы под слезами бессильных богов…
«Свобода!» — крик боли, отчаяния, мук. Крик мужа холмов.
Платок, как и смерть, падает с рук, но воля уже у их берегов.

Cezei

*****

Плавит у гор хребет
Синий огонь молний,
Росчерком птичьих крыл
Мечен далекий путь.
Торной дороги нет.
Вспомни меня, вспомни,
Но не холодным «был»
Вместо живого «будь».

Вспомни меня и там,
Где ты теперь, Маррон.
Легким лучом коснись,
Глянув из облаков.
Я же останусь прям.
Нужно совсем мало,
Чтобы опять спастись,
Вырвавшись из оков.

Если же в сотый раз
Солнце съедят тучи,
Если, забыв про честь,
Верные предадут,
Ты помолись за нас,
Коли сочтешь нужным.
Снопом своих лучей
Убереги от пут.

Воля моя — броня,
Большего не надо.
Просьба же лишь в одном,
Ангел моих побед.
Ты отыщи меня
Там, посреди ада,
И улыбнись светло,
Тенью мелькнув в толпе.

Laurelinde

*****

Снимают головы мечом
Удары палача.
И смерти — горы нипочем
На острие меча.

Заточен меч, крепка рука,
Искрится сталь, и вот —
Босой, по лезвию клинка,
Всхожу на эшафот.

Пускай конец борьбы настал
За горы и долы —
По духу мне милее сталь,
Чем рабства кандалы!

Свободен тот, кто пал в бою,
Не выронив меча,
Кто пал за Родину свою
С ударом палача!

Не страшно мне идти на смерть —
Моя душа живет,
Пока к свободе в той борьбе
Шагает мой народ.

Несломленным я встречу сталь
Перед чужим народом.
Меч снимет голову мою —
Но не мою свободу!

el verano

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *