Стихи о Булгакове Михаиле Афанасьевиче

Стихи о Булгакове Михаиле АфанасьевичеВеликий русский и бесстрастный прорицатель,
Он был пророк страны слепой.
Как искуситель, избавитель
Вскрывал нарывы, оголённою строкой

Пройдя земные муки ада,
Он как Вергилий, вёл нас за собой.
Фантазией, естественность скрывая
Он обнажал, порочный круг земной

Его бессмертные творения,
И до сих пор, язвительно точны.
И как и прежде, нам вселяют вдохновения.
Лишь мастеру подвластны все духовные миры

Как феникс к нам из пепла возродился.
Ведь рукописи, как известно, не горят.
Ярчайшею звездой для нас явился.
Его цитатами, как прежде говорят,

НЕ только, нам родной, кинематограф,
Спектакли, шоу, всё живёт его душой.
И свет его звезды не меркнет, и достоин
Навеки воплощаться, творениями с
немеркнущей судьбой.

Киселёв Алексей

*****

Памяти Михаила Булгакова

Вот это я тебе, взамен могильных роз,
Взамен кадильного куренья;
Ты так сурово жил и до конца донес
Великолепное презренье.
Ты пил вино, ты как никто шутил
И в душных стенах задыхался,
И гостью страшную ты сам к себе впустил
И с ней наедине остался.
И нет тебя, и все вокруг молчит
О скорбной и высокой жизни,
Лишь голос мой, как флейта, прозвучит
И на твоей безмолвной тризне.
О, кто поверить смел, что полоумной мне,
Мне, плакальщице дней погибших,
Мне, тлеющей на медленном огне,
Все потерявшей, всех забывшей, —
Придется поминать того, кто, полный сил,
И светлых замыслов, и воли,
Как будто бы вчера со мною говорил,
Скрывая дрожь предсмертной боли.

Анна Ахматова

*****

Верить в чудо и легко, и сложно,
Если чудо стало «Мастера» судьбой.
Как понять и вспомнить, не тревожа,
Эту душу, получившую «покой»…

Колдовству же стоит лишь начаться,
И его нельзя остановить.
Важно в чудесах не потеряться
И сатиру всуе не забыть.

Чудеса друг друга чередуют
На страницах книг и наяву.
Нас они тревожат и врачуют,
И страшат то Киев, то Москву.

Силой духа победив наркотик
«Мастер» к жизни возвратился в 30 лет,
А его герой в рассказе «Морфий»
В грудь свою направил пистолет.

Замелькали годы испытаний,
Голову засыпав серебром
И среди успехов и страданий,
Отточили «Мастера» перо.

Пьесы, как талантливые дети
В муках появляются на свет.
За Россию Турбины в ответе,
Но ответа и поныне нет.

«Кабала святош», «Собачье сердце»,
«Роковые яйца», «Пушкин», «Бег»
Так рождался за волшебной дверцей
«Мастера и Маргариты» Век…

По своим неписаным законам
РАПП* диктует правила игры,
Оглушая погребальным звоном
Всех талантов Сталинской поры.

Над Булгаковым нависла кара,
Порождая в сердце боль и страх.
Пьесы сняты из репертуара,
Так решил всесильный Авербах.

«Гнев бессилья» наполняет душу,
Но надежда прогнала туман,
И, оковы «начисто» разрушив
Начал Он великий свой роман.

Все его участники — актеры,
Проживают жизнь, играя роль.
Подчиняясь воле «режиссёра»,
И Иисус воскрес, пройдя сквозь боль.

…И потомков славы Герострата*,
Что громили пьесы много лет,
Не оставило перо Таланта,
Их введя безжалостно в сюжет…

…Боги, Боги, кто летал в туманах,
Кто устал страдать в земных краях,
Обретёт надежду в млечных странах,
Вознесясь на взмыленных конях.

Нас влечёт сердец безгрешных тайна,
Только в них огонь души святой.
И любовь прошла все испытанья —
Ей в награду вечность и покой…

Верить в чудо и легко и сложно,
Если чудо стало «Мастера» судьбой.
Всё понять и вспомнить невозможно.
Важно то, что где-то есть покой…

Гоголь был Булгакову всех ближе.
Час настал, и встретились они
Не в Берлине, Риме, иль Париже —
В Новодевичьем, свои, закончив дни.

И сверкает гладью черный камень,
На могиле «Мастера» — гранит.
Он ему был Гоголем «подарен»
И связал их души, как магнит…

Ашукин Павел
___________________________

* РАПП – Российская ассоциация пролетарских писателей, в её составе: Авербах, Литовский, Вишневский, в романе «Мастер и Маргарита»: Берлиоз, Латунский, Лаврович.

*****

Мастер. Памяти М.А. Булгакова

Когда ему в тот сорок горький год
пришла пора предсмертный вздох содеять,
к нему явились Воланд, и Фагот,
и пятый прокуратор Иудеи.
Соскучившись по жизни кочевой,
храпели кони несказанной масти
и Воланд прошептал: «Мы ждем Вас, Мастер»,
а Мастер не ответил ничего.
Ах, боги, нагулявшиеся всласть,
царующие праведно и грозно —
как поздно вы приходите, как поздно,
к тому, кто даровал вам вашу власть!
Где были вы, всевидящий Мессир,
в кого и как свое вонзали жало,
когда он был и наг, и бос, и сир,
да – был и наг, и бос, и сир, и жалок?
Когда полуживой от подлых кар,
о помощи взывал он – вот в чем суть-то! –
к тому, кто тасовал людские судьбы,
как будто тасовал колоду карт.
О, как она незыблемо стара,
разыгранная Господом мистерия,
в которой процветают подмастерья,
в которой прозябают мастера,
и бесполезно машут кулаком,
и опускают высохшие лица…
Проклятая – она так долго длится,
а до финальной сцены далеко!
Прощайте, Мастер, — мир Вам и покой!
Вернуть бы Вас – но Вы неуловимы,
как тот закат, в который над Москвой
плыла гроза, как над Ершалаимом.
Грома гремели, небеса разъяв,
и мрак гулял в его остывшем теле,
когда над ним плащи свои воздели
единственные верные друзья.
Они явились, смерть его поправ,
ему неся иную жизнь и имя –
и он восстал. И он пошел за ними.
И он покинул нас. И он был прав.

Егоров Вадим

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *