Стихи о Таллине

Стихи о ТаллинеТаллин был то немецким, то датским.
Был он русским, но был и тектонским.
Ничего в нём не делят по-братски,
Потому он теперь лишь эстонский!

Называли его Колыванью,
Леденцом в серебре — называли.
Украшали решётчатой сканью.
Герб его — на щите и штурвале.

Город старый, но новое имя
Непонятно заезжему гостю.
Будто флюгер, что крутится в дыме,
Будто жемчуг, что спрятан в коросте.

Уходили ганзейские когги,
Приходили российские барки.
Но следили придирчиво Боги,
Чтобы городу были подарки.

И подарены БЕЛЫЕ НОЧИ,
Чтобы видел от края до края
Этот мир, тот, кто ночью захочет
Вдруг подняться на башню ОлАя.

Авдеева Вера

*****

А в Таллинне сыро и скоро наступит весна.
Слегка дребезжит под холодным дождём черепица,
И Вышгород пуст, и темна городская стена,
И улицы сдобою пахнут и свежей корицей.

А в Таллинне осень и школьный заманчивый гул,
И мокнет асфальт, и куда-то спешат горожане,
И Девичья Башня почётный несёт караул,
А в Башне – глинтвейн и кусочек лимона в стакане…

А в Таллинне ветер, дождливо и близится май,
И зонтики пляшут в руках, улыбаясь прохожим,
А вечером светится окнами старый трамвай,
И тихо звенит, и качается в такт осторожно.

А в Таллинне зелено море и тёмен песок.
Расстроен рояль, и пюпитр разбит и печален.
Скупое дождливое лето, последний звонок,
Забытые белые ночи… Поехали в Таллинн…

Августовская Дина

*****

Покидаю город Таллин,
Состоящий из проталин,
На сырых ветрах стоящий,
Уважающий сельдей,
В море синее глядящий,
Работящий и гулящий,
И отчасти состоящий
Из не выпивших людей.

Что мне шпили, что мне тальи —
Я уехал от Натальи.
С морем борется гремящий
Пароход мой, как Антей,
Переборками скрипящий,
Как большой и старый ящик,
И отчасти состоящий
Из несломанных частей.

Где ты, милый город Таллин?
Я плутаю без Натальи.
Это было настоящим,
Остальное – небольшим.
И на палубе гудящей
Я стою, во тьме курящий
И отчасти состоящий
Из нераненой души.

Возвращусь я в город Таллин,
Состоящий из Натальи,
По сырым ночам не спящий,
Ожидающей вестей.
И всецело состоящей,
И всецело состоящей,
И всецело состоящей
Из любимых мной частей.

Юрий Визбор

*****

Небо прыгает по черепицам.
Платье белое днём надевает.
Притворяется кошкой и птицей,
И прозрачным не часто бывает.

Пусть прохожий немного беспечен,
Будто в Таллинн приехавший эллин,
Шпили храмов глядят в бесконечность.
И залив часто сер, а не зелен.

Выпьет Мель своё пиво под вечер,
Выпьет Сауле пиво под вечер.
Мель промолвит, что город наш вечен.
Та отвечает: Согласна, что вечен.

Небо в крышу стучит башмаками,
Напряжается в серое платье.
И кончается вечер стихами.
И смыкаются на ночь объятья.

Авдеева Вера

*****

По датам в Таллинне весна,
Когда в апреле кружит снег.
Так для зимы земля тесна,
И ей часов не важен бег.

Что это значит, сам суди…
Быть может, монолог без слов.
Как будто вздох чужой груди
Доносят хлопья белых снов.

Но по асфальту капли слез,
Как знак: не стали явью сны.
Растаял снег. И всё унес.
А я жду в Таллинне весны…

Канева Олеся

*****

Когда мы были в Таллинне давным-совсем-давно,
То словно попадали вдруг в ненашево кино,
В Швейцарию, Германию, а также в Итакдалию,
Куда ввиду тлетворности Они не выпускали Нас.
Мы ходим вновь по городу, как в дни позавчерашние.
В нём, кажется, прибавилось две-три старинных башни.
По Херсонесу помню я отлично этот случай,
Как старину наделали, ещё древней и лучше…
Названье ресторанчика забыто, к сожалению,
«Реваль» или «Олимпия»?.. Но те же семь ступеней.
О Бронзовом Солдате мы говорить не будем,
Погорячились несколько и те, и наши люди…
А воздух слухом полнится, что зреет церемония
Политэкономически: Ну, что, Гут бай, Эстония!?

*****

Морем лиловым ласкает сирень
Тоомпеа древние камни.
Старых каштанов манящая тень
С юных годов дорога мне.
Сказочный, дивный мой город,
Как ты прекрасен и молод.
Я люблю новый радостный Таллин,
Город песен, любви, весны.
А какие широкие дали
Нам теперь с его стен видны.
Осенью, зимою и весною,
В час дневной и тихий час ночной,
Ты всегда приветлив был со мною,
Милый Таллин, город мой родной.
Я люблю твои стены седые,
Твои песни, дома и сирень.
И проспекты твои молодые,
И твой завтрашний светлый день.
Парки и сосновые аллеи,
Кадриорга дивный сон лесной
С каждым днём люблю я всё сильнее,
Милый Таллин, город мой родной.
С каждым днём люблю я всё сильнее,
Милый Таллин, город мой родной.

Рооте О.

*****

Есть городов неведомая тайна,
Она влечёт волнуя и маня.
Пример тому благословенный Таллин,
Что принял беспризорную меня.
Окутанный прохладными ветрами,
Прекрасной готики суровый образец,
Ты так чаруешь летними ночами,
Что ни один воспел тебя певец.
Твоя душа скупым лучом согрета,
Тебя ласкает Балтики прибой,
О, если бы и я была поэтом,
Я в песне восхитилась бы тобой.
Иду грущу, средь лабиринтов улиц,
Что непременно к площади ведут,
Стою у древней Ратуши, любуясь
И для души здесь нахожу приют.
Сюда придя из странствований дальних,
Я обрела надежду и покой.
Так будь всегда благословенным Таллин!
Спасибо,что ты есть,и именно такой!!!

Шадрина-Лагина Л.

*****

Я люблю город Таллин летом и зимой
Он как будто подарен только нам с тобой
Это сказочный город в нём есть я и ты
И о нём моя песня и мои мечты

Даже если приехал ты ка день сюда
Этот город полюбишь раз и навсегда
И на улицах древних узких и кривых
Трубочистов увидишь черных и смешных

Золотая пуговица на груди
Ты рукой дотронься и её потри
Загадай желанье можешь даже два
И тогда вернёшся ты сюда

Припев:
Я люблю наш Таллин летом и зимой
Он как будто подарен только нам с тобой
Это сказочный город в нём есть я и ты
И о нём моя песня и мои мечты

Открывает город ворота свои
Старый Таллин молод ну а с ним и мы
Только старый Томас смотрит с высока
Он то знает точно что прошли века

И часы на башне отбивают бой
Сказачно красивый наш морской прибой
И закат у моря цвета янтаря
Ты сказал сегодня я люблю тебя

Припев:
Я люблю наш Таллин летом и зимой
Он как будто подарен только нам с тобой
Это сказочный город в нём есть я и ты
И о нём моя песня и мои мечты

Волгин Юрий

*****

Расцветает, как настурция,
Черепица старых крыш.
Далека отсюда Турция,
Рим далёк, далёк Париж.

Среди горок марципановых,
Марципановых дворцов
Впечатлением внеплановым
Песня скромная скворцов.

Цвета корок мандариновых
Старых башенок верха.
По булыжникам рубиновым
Ходят дни, бегут века.

Дым из труб ползёт улитками
По атласному холсту.
Серебра тугими слитками
Платит гость за красоту.

Платит гость за угощение,
Пива выпив, съев рагу,
Не скрывая восхищения
Городом на берегу.

Авдеева Вера

*****

Вот и причалил круизный паром,
В море растаяли дали.
Я возвращаюсь, как в собственный дом,
В мой удивительный Таллинн.
Вышла радушно навстречу ко мне
Башен почтенная пара.
В каменной средневековой стене
Окна уютного бара.
Тут менестрель о скитаниях пел,
Слушал бедняк и вельможа.
И Северянин за стойкой сидел,
Где-то, столетием позже.
Необъяснимая прелесть везде,
Как новогодняя сказка.
Медный сапог у дверей на гвозде,
Каменных бубликов вязка.
Многовековый готический храм
Духом наполненный божьим.
Старше становится город, а нам
Только милей и дороже.
И перед тем, как сегодня заснуть,
Вспомнится небо из ситца,
Улочки узкой коротенький путь
На полотне живописца.
Таллинн отмечен жемчужным венком,
В древних папирусах — строчкой.
Стал бы и мне этот город отцом,
Будь я не Питерской дочкой!

*****

«Старый Таллин» глоточками пью…
Крепкий, черт, сорок пять! Опьянею…
Ох, как старый я Таллин люблю
В смысле город.., ну прямо «балдею»
Вспоминается Андерсон вдруг
В «островатости» крыш с флигелями
И меняется гОлоса звук
В расстоянии между домами.
Все так близко.., рукой дотянусь…
В этом прелесть улочек этих,
Я сюда непременно вернусь,
Городов таких мало на свете!
«Старый Таллин» глоточками пью,
В нем изюминка! Упиваюсь!
Ох, как старый я Таллин люблю..,
Каждой улочкой, наслаждаясь!

Светозарова Светлана

*****

Небо прыгает по черепицам.
Платье белое днём надевает.
Притворяется кошкой и птицей,
И прозрачным не часто бывает.

Пусть прохожий немного беспечен,
Будто в Таллинн приехавший эллин,
Шпили храмов глядят в бесконечность.
И залив часто сер, а не зелен.

Выпьет Мель своё пиво под вечер,
Выпьет Сауле пиво под вечер.
Мель промолвит, что город наш вечен.
Та отвечает: Согласна, что вечен.

Небо в крышу стучит башмаками,
Напряжается в серое платье.
И кончается вечер стихами.
И смыкаются на ночь объятья.

Авдеева Вера

*****

Если ратуш касалась бы ретушь,
Как фотографы глянца лица…
Мы с тобою увиделись — нет уж! —
Не забудем теперь до конца.
Помнишь чёлку мою смоляную?
Помнишь жилку на сгибе руки?
Ты меня вспоминаешь иную, —
И без проседи, и без тоски.
Всё, что дорого — длится недолго,
Всё не вспомнится, да и зачем?
Посреди твоего Кадриорга
Я стою, растерявшись совсем.
Вот какая была я смешная!
Всё смешным мне казалось вокруг.
Вот какая была я ручная!
Даже белок кормила из рук.
Долго помнили мы друг о друге.
И опять повстречались, как встарь.
Снова здравствуй, заржавленный флюгер!
Снова здравствуй, чугунный фонарь!
Разговор повёдем понемногу.
Не отыщем местечка нигде.
Не живу на широкую ногу,
Но с тобой — на короткой ноге!
Сквозь туман, как сон старинный,
Проступают далеко —
Этот Герман, вечно длинный,
Вечно толстая Марго…

Долина Вероника

*****

Снова ливень украшает Старый Таллин,
лакирует сетку улочек мощёных
и по крышам, как по клавишам хрустальным,
рассыпается с приятным перезвоном.

А в кафе пекутся булочки и сдобы
с маком, фруктами, ванилью и корицей,
соблазняют ароматом бесподобным,
и нельзя… нельзя ему не покориться.

С высоты церковной позабытой башни
виден город — строгий, сдержанный, спокойный.
Замки, крепости наводят антураж и
увлекают в тайный мир Средневековья…

Голубей не сосчитать на черепицах,
в сувенирных лавках — толпы за ликёром…

Совершенно невозможно не влюбиться
в этот тихий, терпеливый, старый город.

Мехнина Татьяна

*****

Мне в час рассветный Таллинн снова снился,
Душою я туда всегда стремился,
Но средь дождя, промозглости тумана
Мила мне прелесть сонного обмана.
Пригрезилось, что солнце улыбнулось,
И мы идем с тобой по Пельгуранна,
О чем-то столь прекрасном рассуждаем
И корабли глазами провожаем.
И как-то вдруг видение сменилось,
Увидел я в соборе старом фрески,
И вся печаль куда-то испарилась:
Я слышал снова голос Анне Вески.
Сон утренний — короткий, мне известно,
Но ярки были море и погода.
Своим глазам не веря, если честно:
Я был в кафе на площади Свободы.
Там даже дождь — не злой и не настырный,
Он в барабан старинный марш играет,
Там дух царит размеренный и мирный,
И сердце снове верит, ждет, мечтает.
Мне в час рассветный Таллинн снова снился.
Ох, как бы задержаться там подольше,
Но вновь в прохладной спальне очутился:
Меж нами — и Германия, и Польша.
Еще меж нами — пасмурные мысли,
Но верю, что зимой поеду в гости
Вкусить былые дни в реальном смысле.
Пусть даже на дешевом лоу-косте…

Черных А.

*****

Башни Таллина и шпили
Нам запомнятся с тобой,
Как по улочкам бродили,
По булыжной мостовой.

Шоколад горячий пили
В древнем маленьком кафе,
Мысли разные бродили
Романтично в голове.

Звуки чудные органа
Открывали нам сердца,
Возносясь под своды храма,
Разливались без конца.

Древний город, старый Таллин,
Сверху в море смотришь ты,
Приоткрыл нам свои тайны,
Разбудил полет мечты.

Барышникова Ольга

*****

Как-нибудь из далёкой дали,
Из просторов синих морей
Ты вернёшься снова в Таллинн,
В город уходящих кораблей.
Ты меня отыщешь и, конечно,
Позабросив все свои дела,
Я опять приду к тебе беспечно,
И разлука, словно не была.
Снова ночь нас темнотой укроет,
Спрячет от огней и от людей,
Тишиною улицы наполнит,
Зыбким светом дальних фонарей.
Ивы тихо дремлют у причала,
Ветви опустивши до земли.
Только море медленно качает
На своих ладонях корабли…
Но опять тебя поманят дали,
Новые порты и города.
Где-то там ты вспомнишь старый Таллинн
И меня, быть может, иногда.

Семёнова Людмила

*****

Иду по улицам, вдыхая всей душой
Вечерний Таллин сердце согревает
Здесь каждый камень ностальгии, твой
Мне тоже памятен, в истории бывает…

Часы остановились и в глазах
Картины времени, органному созвучию
Девчонка в белом платьице, в мечтах
На скрипке подыграет мне певуче

И черепичный, время, камертон
О днях случайных всё напоминает
Зари прошедшей кумачовый тон
Что ветром и полощет и сдувает

Бегом промчалась вереница лет
На творческом восторге, пестрых мнений
Пусть встреча, с «старым», юности сонет
Где мы всё те же и без изменений…

Всё тот же круг понятий и надежд
Всё та же сила в нас и те же цели
И не беда, что появилась плешь
Не внешность, мы душой, не поседели

По этому, я через мерно рад
Увидеть и услышать старый Таллин
Где с Вами, очень много лет назад
Не встретились, но в облаках летали…

Лемтюжников Вадим

*****

Я в городе там,как Таллин,
Еще ни разу не была,
Такой я сказки не видала
Такого чуда не ждала

Что может быть еще прекрасней
Чем Таллин старый, сказочный,
Где нет предела удивленью,
А он стоит загадочный.

Где Старый Томас ежедневно
Взирает с Ратуши извечно,
Века идут, а он один
Хранитель города навечно.

А я брожу во сне чудесном,
Да, этот сказки старожил
И чудо древности прекрасной
Меня навеки покорил.

Королёва Лина

*****

От старой стены до новейшего порта
Пятнадцать минут энергичной ходьбы.
Вот город в потертых, но чистых ботфортах –
Дитя скандинавской небритой орды.
Мелькают века над немыслимым шпилем –
Стоит Олевисте, ей все нипочем.
А Томас на Ратуше в рыцарском стиле
От зябкого ветра поводит плечом.
Не спорю: бывают побольше столицы,
Где жизнь побогаче и лето длинней.
Но тянет меня, словно глупую птицу,
На Север, в гнездо из старинных камней.
И меркнет сиянье нездешнего шика
От немцев и шведов, бредущих в кабак,
Когда по-эстонски спокойно, без крика,
Ведут их за столик в дневной полумрак.
Здесь даже торговцы отравлены мыслью,
Что деньги – не главное в этом краю.
Беседуют в лавке с усталым туристом,
Забыв на минутку работу свою.
Я видел иные церквушки и башни,
Провел в путешествиях множество дней.
Бывают изящней, встречаются старше,
Но вряд ли какие-то будут милей.
Сегодня и завтра, вчера и поныне
Балтийские волны шлифуют пейзаж.
История города – в год по картине,
Получим длиной в километр вернисаж.
На фоне огромных круизных паромов
Любая проблема мельчает в разы.
А если захочешь вернуться к основам –
У храма Биргитты совета спроси.
С высокой площадки домов панорама
Врачует хандру утомленных сердец.
И если Одесса – красивая мама,
То Таллинн – с вещами ушедший отец.

Ладислав Котичка

*****

Камни, камни, камни мостовой
Капают и капают на память…
Узкой улочкой и бывшею женой
Вновь меня пленяет
Старый Таллин.

Сотни две на площади — толпа.
Вышний город держится спокойно.
Старый Томас, Ратуша… Волна
Домского органа…
Всё достойно.

Камни, камни, камни мостовой…
— Никогда то время не вернётся.
Старый Таллин — вечный и живой.
Под тоску такую
— только пьётся.

Литвинов А.

*****

Как феникс, возникший из пепла,
Возникла из смуты страна.
И если еще не окрепла,
Я верю: окрепнет она.

Такая она трудолюбка,
Что сможет остаться собой.
Она – голубая голубка,
И воздух она голубой.

Всегда я подвержен надежде
На этих утесах, поверь, –
В Эстляндской губернии прежде,
В республике Эсти теперь.

Где некогда бился Калевич,
Там может ли доблесть уснуть?
О, сказочный принц-королевич
Вернется к любимой на грудь!

Давно корабли вдохновений
Качнул к побережью прилив:
Их вел из поэзии гений
Со сладостным именем – Лийв.

Запомни: всегда вдохновенна
Мелодий ее бирюза.
Ridala, Suits’a и Enna
Еще не закрылись глаза…

И вся ты подобна невесте,
И вся ты подобна мечте,
Эстония, милая Эсти,
Оазис в житейской тщете!

Гуревич Михаил, 1919 год

*****

Хорошо уехать в Таллин,
он уже снежком завален
и уже зимой застелен,
чтоб увидеть Хелен с Яном,
да увидеть Хелен с Яном
и увидеть Яна с Хелен.

Мне ведь многого не надо,
мой приезд почти бесцелен:
побродить по ресторанам,
постоять под снегопадом
и увидеть Яна с Хелен.

И услышать как метели
зашуруют под фрамугой,
и увидеть Ян и Хелен,
и увидеть Ян и Хелен
улыбаются друг другу,
улыбаются друг другу.

А однажды, утром ранним,
вдруг отьехать от перрона
прямо в сторону бурана,
где уже не будет Хелен,
где уже не будет Яна,
да ни Хелен и ни Яна.

Самойлова Д.

*****

Cтарый город острых шпилей,
Узких улиц, красных крыш.
Ветер флюгером играет,
Словно, мячиком малыш.

Тишиной Гандзейских улиц
Здесь наполнен каждый дом,
Пахнет морем, пахнет рыбой
И печеньем с миндалём.

Припев:
Крутят флюгер Старый Томас прибалтийские ветра,
Дружат с Томасом подолгу грозовые облака,
Он давно стоит на страже ему вверенных границ
И приветствует нас Таллинн видом башенных глазниц.

Хорошо в кафе уютном
Под мелодию дождя,
Пить ликёр, как мёд тягучий,
Под каминный свет огня.

В обрамлении белой ночи
Старый Таллинн мирно спит,
Море тихою волною,
Будто, сон его хранит.

Припев:
Крутят флюгер Старый Томас прибалтийские ветра,
Дружат с Томасом подолгу грозовые облака,
Он давно стоит на страже ему вверенных границ
И приветствует нас Таллинн видом башенных глазниц.

Бояркин Олег

*****

Домов оранжевая черепица,
Надменный шпиль над валом крепостным…
Проходишь узкой улицей, — и мнится,
Что этот город — сказка братьев Гримм.

У мшистой башни — «Толстой Маргариты»,
Под каменною аркою ворот,
Я слушаю, как отвечают плиты
Моим шагам, покуда полночь бьет.

Но стоит только, переулком старым
Свернув, в балтийский окунуться бриз,
Из-за угла слепительные фары,
Скользнув вдоль камня, выхватят карниз.

И, синь средневекового тумана
Прорвав, в настороженной тишине
Хрусталь колоратурного сопрано
Рассыплется на радиоволне.

Я рад, что утром солнце мне смеется
И что шаги по плитам так легки,
Что здесь поют «Варяга» краснофлотцы,
Испытанные морем земляки.

Что голуби здесь сизы и белесы,
Что светят васильками у межи
Мне взгляды девушек, светловолосых
И гибких, словно стебли спелой ржи.

Что для Эстонии голубоглазой,
Моих республик молодой сестры,
Так празднично над серым морем вязы
Зажгли свои победные костры!

*****

Какое количество кошек
По Таллину бродит ночами!
И видно из узких окошек,
Как небо висит над печами.

Там улочек цокот булыжный.
И шорох деревьев бумажный.
И редкий, почти что неслышный,
Шаг путника нежно-отважный.

Ночь. Чёрное смешано с серым,
А кошки чернее, чем сажа.
Но сажу смывает с предметов
Рассветом, пролившимся с башен.

Цвет кофе у вёсел и лодок.
Цвет чая в твоих черепицах.
Цвет сливок — у детских пелёнок.
Цвет рома лишь в роме хранится.

И мир оживает в несчётном,
Поэтом предсказанном утре,
В движение зеркал и расчёсок,
Бритв, щёток, в помаде и пудре,

В движенье стаканов и ложек,
И бедных даров гастрономов.
И в масле испачканный ножик
Мелькает смычком над батоном.

Теперь спят одни только кошки,
Свернувшись, свершувшись, свернувшись.
Спят ушки, спят глазки, спят ножки
Вернувшись, вернувшись, вернувшись

Из ночи, где серость и сырость.
Где сытость — мышиное горе.
Где, городу данное в милость,
Сопит недовольное море.

Авдеева Вера

*****

У Бога в каменной шкатулке
есть город темной штукатурки,
испорошившейся на треть,
где я свое оставил сердце —
не подышать и насмотреться,
а полюбить и умереть.

Войдя в него, поймете сами,
что эти башенки тесали
для жизни, а не красоты.
Для жизни — рынка заварушка,
и конной мельницы вертушка,
и веры тонкие кресты.

С блаженно-нежною усмешкой
я шел за юной белоснежкой,
былые горести забыв.
Как зябли милые запястья,
когда наслал на нас ненастье
свинцово-пепельный залив.

Но доброе средневековье
дарило путников любовью,
как чудотворец и поэт.
Его за скудость шельмовали,
а все ж лошадки жерновами
мололи суету сует…

У Бога в каменной шкатулке
есть жестяные переулки,
домов ореховый раскол
в натеках смол и стеарина
и шпиль на ратуше старинной,
где Томас лапушки развел.

За огневыми витражами
пылинки жаркие дрожали
и пел о Вечности орган.
О город готики Господней,
в моей безбожной преисподней
меня твой облик настигал.

Наверно, я сентиментален.
Я так хочу вернуться в Таллинн
и лечь у вышгородских стен.
Там доброе средневековье
колдует людям на здоровье —
и дух не алчет перемен.

Чичибабин Борис

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *