Вакханалия — Борис Пастернак

Вакханалия - Борис ПастернакГород. Зимнее небо.
Тьма. Пролеты ворот.
У Бориса и Глеба
Свет, и служба идет.
Лбы молящихся, ризы
И старух шушуны
Свечек пламенем снизу
Слабо озарены.
А на улице вьюга
Все смешала в одно,
И пробиться друг к другу
Никому не дано.
В завываньи бурана
Потонули: тюрьма,
Экскаваторы, краны,
Новостройки, дома,
Клочья репертуара
На афишном столбе
И деревья бульвара
В серебристой резьбе. Читать далее «Вакханалия — Борис Пастернак»

Заря над полем — как красный тын — Сергей Есенин

Заря над полем — как красный тын.
Плывет на тучке превечный сын.
Вот вышла бабка кормить цыплят.
Горит на небе святой оклад.
— Здорово, внучек!
— Здорово, свет!
— Зайди в избушку.
— А дома ль дед? Читать далее «Заря над полем — как красный тын — Сергей Есенин»

Роднее родных нас нужда воспитала — Николай Добронравов

Роднее родных нас нужда воспитала.
Нас школа Беда не гнушалась учить.
Нам в детстве тепла и еды не хватало,
А что о другом говорить…

Но всё ж разгорались сырые поленья,
И, бледная, но наступала весна.
Я помню твой смех на большой перемене
И майские ночи без сна. Читать далее «Роднее родных нас нужда воспитала — Николай Добронравов»

поскорей бы лето ягоды грибы

поскорей бы лето
ягоды грибы
дым на даче нюхать
из печной трубы

hopper dozator

Люди древнее небо закрыли гранитом — Наталья Астафьева

Люди древнее небо закрыли гранитом,
что им до кратких восходов?
На горячую землю тяжелые плиты
бросили с криком «свобода!».

И забились ветра в проводах, словно птицы,
под колесами степь застонала,
а наутро реки уже разлиться
не смогли в узкогрудых каналах. Читать далее «Люди древнее небо закрыли гранитом — Наталья Астафьева»

Стихи шурину, о шурине

Стихи для шурина, о шуринеШурин — брат жены моей,
Нет для нас родней людей.
Мы с тобой и на охоту,
И на трудную работу.
На рыбалку — снова вместе,
На гулянку честь по чести.
Утром, рюмка опохмела,
И совсем другое дело!

*****

Брат жены зовется шурин,
Рядом с ним не забалуешь:
Круче тестя и рентгена,
Словно голубь заворкуешь!
Пусть семейство наше крепнет,
Умножается и дружит!
Близкий родственник — мужчина
Каждый миг, как воздух, нужен! Читать далее «Стихи шурину, о шурине»

Над зыбью стольких лет незыблемо одна — Даниил Андреев

Над зыбью стольких лет незыблемо одна,
Чье имя я шептал на городских окраинах,
Ты, юности моей священная луна
Вся в инее, в поверьях, в тайнах.

Я дерзок был и горд: я рвался, уходил,
Я пел и странствовал, томимый непокоем,
Я возвращался от обманчивых светил
В твои душистые покои. Читать далее «Над зыбью стольких лет незыблемо одна — Даниил Андреев»

Пришла, Стоит, Ей восемнадцать лет — Белла Ахмадулина

Пришла. Стоит. Ей восемнадцать лет.
— Вам сколько лет? — Ответила:
— Осьмнадцать.
Многоугольник скул, локтей, колен.
Надменность, угловатость и косматость.

Все чудно в ней: и доблесть худобы,
и рыцарский какой-то блеск во взгляде,
и смуглый лоб… Я знаю эти лбы:
ночь напролет при лампе и тетради. Читать далее «Пришла, Стоит, Ей восемнадцать лет — Белла Ахмадулина»

Оптимист и пессимист — акростих

Оптимист душою чист
Полон весел и лучист
Так устроен и настроен
И всегда во всем спокоен
Может критику терпеть
И от грусти станет петь
Снова верит лишь в успех
Танцы, юмор, громкий смех Читать далее «Оптимист и пессимист — акростих»

Сонет 304. Когда любовь, как червь, точила ум — Франческо Петрарка

Когда любовь, как червь, точила ум
И дух мой жил надеждою подспудной,
Петлистый след искал я, безрассудный,
На гребнях гор, покинув жизни шум.

Не выдержав невзгод, я стал угрюм
И в песнях сетовал на жребий трудный.
Но нужных слов не знал, и дар мой скудный
В те дни невнятно пел смятенье дум. Читать далее «Сонет 304. Когда любовь, как червь, точила ум — Франческо Петрарка»