Звучит вся жизнь, как звонкий смех — Александр Одоевский

Звучит вся жизнь, как звонкий смех,
От жара чувств душа не вянет…
Люблю я всех, и пью за всех!
Вина, ей-богу, недостанет! Читать далее «Звучит вся жизнь, как звонкий смех — Александр Одоевский»

В глубине, на самом дне сознанья — Георгий Иванов

В глубине, на самом дне сознанья,
Как на дне колодца — самом дне —
Отблеск нестерпимого сиянья
Пролетает иногда во мне. Читать далее «В глубине, на самом дне сознанья — Георгий Иванов»

Соседка — из жалости — два квартала — Анна Ахматова

Соседка — из жалости — два квартала,
Старухи, — как водится, — до ворот,
А тот, чью руку я держала,
До самой ямы со мной пойдет. Читать далее «Соседка — из жалости — два квартала — Анна Ахматова»

К портрету Жуковского — Александр Пушкин

Его стихов пленительная сладость
Пройдёт веков завистливую даль,
И, внемля им, вздохнёт о славе младость,
Утешится безмолвная печаль
И резвая задумается радость.

Александр Сергеевич Пушкин, май 1818 года

К. Ф. Ревелиоти (Свиданье наше предвкушая) — Афанасий Фет

Свиданье наше предвкушая
И лет почтенности скорбя,
Хоть Федосеевича знаю,
Как Фоню обниму тебя!

Афанасий Афанасьевич Фет, 25 августа 1879 года

Стали улицы узкими после грохота солнца — Константин Вагинов

Стали улицы узкими после грохота солнца
После ветра степей, после дыма станиц…
Только грек мне кивнул площадная брань в переулке,
Безволосая Лида бежит подбирая чулок. Читать далее «Стали улицы узкими после грохота солнца — Константин Вагинов»

В альбом С. Г. К-ой (Во имя Феба и харит) — Антон Дельвиг

Во имя Феба и харит
Я твой альбом благословляю
И, по внушенью аонид,
Его судьбу предвозвещаю:
В нем перескажет дружба вновь
Все уверенья, все мечтанья,
И без намеренья любовь
Свои откроет ожиданья.

Антон Антонович Дельвиг, 1824 или 1825 год

Как ни пытайся чувства описать — Валерия Ливина

Как ни пытайся чувства описать,
Недостижима полнота портрета:
Не уловить и не пересказать
Ту пламенную замкнутость поэта.

Валерия Ливина

Человек хоть будь он трижды гением — Самуил Маршак

Человек — хоть будь он трижды гением —
Остается мыслящим растением.
С ним в родстве деревья и трава.
Не стыдитесь этого родства.
Вам даны до вашего рождения
Сила, стойкость, жизненность растения.

Самуил Яковлевич Маршак

Мороз затуманил широкие окна — Наталья Крандиевская-Толстая

Мороз затуманил широкие окна,
В узор перевиты цвета и волокна.
Дохни в уголок горячо, осторожно,
В отталом стекле увидать тогда можно,
Какой нынче праздник земле уготован,
Как светел наш сад, в серебро весь закован,
Как там, в небесах, и багряно, и ало,
Морозное солнце над крышами встало.

Наталья Васильевна Крандиевская-Толстая, 1915 год