Лихорадка 40° — Сильвия Плат

Чисты? Разве чисты они,
Адские эти огни?
Туп, туп узел тройной

Пут, как жирный Цербер цепной,
Что пыхтит у ворот тут.
Но бессилен вылизать он

Огонь моих сухожилий.
Грех, грех, — вопит трут.
Невыносима вонь

Огарка свечи! Любимый, родной,
Низко стелется дым,
Как шарфы Айседоры. Боюсь, что один

Угодит под колёса. Так зловеще
Дымят эти свечи,
Что дым сродни пятой стихии.

Обовьёт он весь шар земной,
Все старые и больные
Будут задушены им.

В колыбели младенец больной,
Орхидея нависла над ним,
Как жуткий висячий сад,

Из воздуха леопард,
Возник, как чёрта двойник,
От излучения вмиг

Побелел он и тут же сник.
Грех, грех! Развратников тела
Раскалены добела

И пожраны, как прах Хиросимы.
Всю ночь я металась в жару, любимый,
Как поцелуй прокажённого, тяжела
простыня.

Три ночи. Три дня.
Куриный бульон, лимон и вода —
От воды уже рвёт. Не надо.

Для тебя и для всех я слишком чиста —
Тело твоё ранит меня,
Как Господа — мир. Я — Лампада,

Моя голова — луна
Из японской бумаги, моя золотая кожа
Изысканна и бесконечно бесценна она.

Не поразил ли тебя мой жар и мой свет?
Я сама по себе, я — огромная камелия,
Полыхаю, мерцаю, схожу на нет.

Мне кажется, я легче гелия,
Кажется, я могу вознестись —
Бусинки раскалённого металла взлетают
ввысь,

И я — чистый ацетилен,
Девственница, вознесусь
Среди поцелуев, роз,

Херувимов, всего,
Что с розовым цветом слилось.
Но без тебя, без него

Без него, без него
(Как юбки старой шлюхи, все мои «я»
расползлись) —
В Рай — ввысь.

Сильвия Плат, 20 октября 1962 года

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *