Лучшие стихи Василия Курочкина

Лучшие стихи Василия Курочкина

Василий Курочкин — русский поэт-сатирик, переводчик, критик, журналист. Представляем вашему вниманию лучшие стихи Василия Курочкина.

Человек с душой

(Идиллия)

Ах! человек он был с душой,
Каких уж нынче нет!
Носил он галстук голубой
И клетчатый жилет.

Он уважал отчизну, дом,
Преданья старины;
Сюртук просторный был на нём
И узкие штаны.

Не ведал он во всё житьё,
Что значит празность, лень;
Менял он через день бельё,
Рубашки каждый день.

Он слишком предан был добру,
Чтоб думать о дурном;
Пил рюмку водки поутру
И рюмку перед сном.

Он не искал таких друзей,
Чтоб льстили, как рабы;
Любил в сметане карасей
И белые грибы.

В душе не помнил он обид;
Был честный семьянин —
И хоть женой был часто бит,
Но спать не мог один.

До поздней старости своей
Был кроткий человек,
И провинившихся детей
Он со слезами сек.

Когда же час его настал —
Положенный на стол,
Он в белом галстуке лежал,
Как будто в гости шёл.

В день похорон был дан большой
Кухмистерский обед.
Ах! человек он был с душой,
Каких уж нынче нет!

1860 год

*****

Первая любовь

Годы пройдут, словно день, словно час;
Много людей промелькнёт мимо нас.
Дети займут положение в свете,
И старики поглупеют, как дети.
Мы поглупеем, как все, в свой черёд,
А уж любовь не придёт, не придёт!
Нет, уж любовь не придёт!

В зрелых умом, скудных чувствами летах
Тьму новостей прочитаем в газетах:
Про наводненья, пожары, войну,
Про отнятую у горцев страну,
Скотский падёж и осушку болот —
А уж любовь не придёт, не придёт!
Нет, уж любовь не придёт!

Будем, как все люди добрые, жить;
Будем влюбляться, не будем любить —
Ты продашь сердце для партии громкой,
С горя и я заведусь экономкой…
Та старика под венец поведёт…
А уж любовь не придёт, не придёт!
Нет, уж любовь не придёт!

Первой любви не сотрётся печать.
Будем друг друга всю жизнь вспоминать;
Общие сны будут сниться обоим;
Разум обманем и сердце закроем —
Но о прошедшем тоска не умрёт,
И уж любовь не придёт, не придёт —
Нет, уж любовь не придёт!

1857 год

*****

Раздумье

Зол я впервые сегодня вполне;
Зол — оттого что нет злости во мне.

Нет этой злости, которая смело
Прямо из сердца срывается в дело.

Нету её — ненавистницы фраз,
Злобы святой, возвышающей нас.

Есть только жалкая, мелкая злоба,
Не доводящая даже до гроба;

Злоба, с которой хоть семьдесят лет
Можно прожить без особенных бед

И умереть, чтобы видели внуки
Самый пошлейший род смерти — от скуки.

1869 год

*****

Дружеский совет

Друг мой, вот тебе совет:
Если хочешь жить на свете
Сколь возможно больше лет
В мире, здравье и совете, —
Свежим воздухом дыши,
Без особенных претензий;
Если глуп — так не пиши,
А особенно — рецензий.

1860 год

*****

Мчит меня в твои объятья

Мчит меня в твои объятья
Страстная тревога, —
И хочу тебе сказать я
Много, много, много.

Но возлюбленной сердечко
На ответы скупо.
И глядит моя овечка
Глупо, глупо, глупо.

На душе мороз трескучий,
А на щёчках розы —
И в глазах, на всякий случай,
Слёзы, слёзы, слёзы.

1856 год

*****

Великие истины

Повсюду торжествует гласность,
Вступила мысль в свои права,
И нам от ближнего опасность
Не угрожает за слова.
Мрак с тишиной нам ненавистен;
Простора требует наш дух,
И смело ряд великих истин
Я первый возвещаю вслух.

Порядки старые не новы
И не младенцы — старики;
Больные люди — не здоровы
И очень глупы дураки.
Мы смертны все без исключенья;
Нет в мире действий без причин;
Не нужно мёртвому леченья.
Одиножды один — один.

Для варки щей нужна капуста;
Статьи потребны для газет;
Тот кошелёк, в котором пусто,
В том ни копейки денег нет;
День с ночью составляет сутки;
Рубль состоит из двух полтин;
Желают пищи все желудки.
Одиножды один — один.

Москва есть древняя столица;
По-русски медик значит врач,
А чудодейка есть вещица,
О коей публикует Кач.
Профессор — степень или званье;
Коллежский регистратор — чин;
Кнуты и розги — наказанье.
Одиножды один — один.

Покуда кость собака гложет,
Её не следует ласкать,
И необъятного не может
Никто решительно обнять.
Не надо мудрствовать лукаво,
Но каждый честный гражданин
Всегда сказать имеет право:
Одиножды один — один.

В сей песне сорок восемь строчек.
Согласен я — в них смыслу нет;
Но рифмы есть везде, и точек
Компрометирующих нет.
Эпоха гласности настала,
Во всём прогресс — но между тем
Блажен, кто рассуждает мало
И кто не думает совсем.

1866 год

*****

В разлуке

Расстались гордо мы; ни словом, ни слезою
Я грусти признака тебе не подала.
Мы разошлись навек… но если бы с тобою
Я встретиться могла!

Без слёз, без жалоб я склонилась пред судьбою.
Не знаю: сделав мне так много в жизни зла,
Любил ли ты меня… но если бы с тобою
Я встретиться могла!

1856 год

*****

Мы рано стали жить, игривыми мечтами

Мы рано стали жить, игривыми мечтами
Действительную жизнь наивно заменив;
Наш вкус, взлелеянный волшебными плодами,
Отбросил зрелые плоды, едва вкусив.
Мы в ранней юности взлелеяли опасный
Людей и общества тщеславный идеал;
Мы сжились сердцем с ним,
как с женщиной прекрасной;
Он жажду подвигов и славы в нас вселял.
Он выкинул вдали обманчивое знамя,
Он ложным светом нам сулил счастливый день;
Как мошки мелкие, мы бросились на пламя,
Как дети глупые, свою ловили тень…
Слезами и тоской мы жизни заплатили
За светлые мечты, за вдохновенный взгляд,
За всё, в чём прежде мы смысл жизни находили,
В чём нынче видим мы сомнений грустный ряд…
Жизнь сбросила для нас воскресные наряды,
Мечты о счастии заботами сменя…
Так блеск задумчивый и трепетный лампады
Бледнеет перед светом дня.

1850 год

*****

Мудрость бедняка

Пробираясь житейской дорогой
По колена в грязи иногда —
Я от жизни не требую много
И доволен судьбою всегда.
Я довольствуюсь скудною пищей
И дешёвенькой радости рад;
По понятьям богатых — я нищий,
По понятиям нищих — богат.

Раз, один из хранимых судьбою,
Говоря хладнокровно со мной,
Вдруг как вскрикнет да топнет ногою —
Я не взвидел земли под собой.
Ну уж вышел распудрен, размылен…
Да и тут меня смех разобрал:
Ведь кричит, потому что он силен;
Я молчу, потому что я мал.

Дожидался другого в приёмной:
На душе было так тяжело —
И народ-то кругом самый тёмный,
И погода дурная на зло;
Но и тут я решил справедливо,
Вспомнив мудрой пословицы глас,
Что мы ждём одного терпеливо,
Потому что не семеро нас.

В ожиданьях питаясь мечтами,
Я в одну из тяжёлых минут
Согласился вполне с мудрецами,
Что в стакане надежды приют.
И с судьбой бесполезно не споря,
Рассудил, чтобы весело жить:
Если пить мне случается с горя,
Значит надо и с радости пить.

Как жениться пришла мне охота,
Я недолго и тут рассуждал:
Гардеробишко принял без счёта,
Никаких описей не видал.
Хоть судьба не мирилась со мною,
Так же долог был день бедняка;
Но зато уж ни разу с женою
Наша ночь не была коротка.

За цветами — плоды сладострастья:
Подарит мне подруга детей,
И от этого нового счастья
Станет путь мой ещё тяжелей.
Перед смертью, в семейном совете,
Я всё сердце детям обнажу
И скажу им: «любезные дети!..»
Впрочем, нет! Ничего не скажу.

Пусть проходят житейской дорогой
По колена в грязи иногда;
Пусть от жизни не требуют много
И довольны судьбою всегда.
Роль наставника мне не пристала;
Я и сам не хочу умирать:
Если в жизни даётся так мало,
Так от смерти уж нечего ждать!

1859 год

*****

Как в наши лучшие года

Как в наши лучшие года
Мы пролетаем без участья
Помимо истинного счастья!
Мы молоды, душа горда…
Как в нас заносчивости много!
Пред нами светлая дорога…
Проходят лучшие года!

Проходят лучшие года —
Мы всё идём дорогой ложной,
Вслед за мечтою невозможной,
Идём неведомо куда…
Но вот овраг — вот мы споткнулись…
Кругом стемнело… Оглянулись —
Нигде ни звука, ни следа!

Нигде ни звука, ни следа,
Ни светлых дней, ни сожаленья,
На сердце тяжесть оскорбленья
И одиночество стыда.
Для утомительной дороги
Нет силы… Подкосились ноги…
Погасла дальная звезда!

Погасла дальная звезда!
Пора, пора душой смириться!
Над жизнью нечего глумиться,
Вкусив от горького плода, —
Или с бессильем старой девы
Твердить упорно: где вы, где вы,
Вотще минувшие года!

Вотще минувшие года
Не лучше ль справить честной тризной?
Не оскверним же укоризной
Господень мир — и никогда
С бессильной злобой оскорблённых
Не осмеём четы влюблённых,
Влюблённых в лучшие года!

1856 год

*****

Рассказ няни

— Няня, любила ли ты?
— Я, что ли, барышня? Что вам?
— Как что?.. Страданья… мечты.
— Не оскорбить бы вас словом.
Нашей сестры разговор
Всё из простых, значит, слов…
Нам и любовь не в любовь,
Нам и позор не в позор!

Друг нужен по сердцу вам;
Нам и друзей-то не надо:
Барин обделает сам —
Мы ведь послушное стадо.
Наш был на это здоров…
Тут был и мне приговор…
Нам и любовь не в любовь,
Нам и позор не в позор!

После… племянник ли… сын…
Это уж дело не наше —
Только прямой господин —
Верите ль: солнышка краше.
Тоже господская кровь…
Лют был до наших сестёр…
Нам и любовь не в любовь,
Нам и позор не в позор!

Раньше… да что вспоминать!
Было как будто похоже,
Вот как в романах читать
Сами изволите тоже.
Только уж много годов
Парень в солдатах с тех пор…
Нам и любовь не в любовь,
Нам и позор не в позор!

Там и пошла, и пошла…
Всё и со мной, как с другими…
Ноне спасаюсь от зла
Только летами своими,
Что у старухи и кровь
Похолодела и взор…
Нам и любовь не в любовь,
Нам и позор не в позор!

Барышня, скучен рассказ?
Вот и теперь подрастает
Девушка… девка для вас…
А уж господ соблазняет…
Чёрные косы да бровь
Сгубят красавицу скоро…
Господи! Дай ей любовь
И огради от позора!

1855 год

*****

Во всех ты, душенька, нарядах хороша!

Когда любил я в первый раз,
Не зная брачной обстановки,
Для ради взгляда милых глаз
Я разорялся на обновки.
И от волненья чуть дыша,
Любуясь милой и нарядом,
Я страстно говорил,
прельщённый нежным взглядом:
Во всех ты, душенька, нарядах хороша!

Когда ж узнал и рай и ад
Посредством брачного обряда,
Я нахожу, что дамский взгляд
Дешевле дамского наряда.
Не тратя лишнего гроша,
Стал хладнокровно напевать я:
Тебе к лицу, мой друг, и простенькие платья —
Во всех ты, душенька, нарядах хороша!

Времён минувших стрекулист
Ещё владычествует в мире,
Хоть вымыт, выбрит, с виду чист,
В благопристойном вицмундире —
Но всё чернильная душа
Хранит подьячества привычки —
Так чёрт ли — выпушки, погончики, петлички…
Во всех ты, душенька, нарядах хороша!

Другой, хожалый древних лет,
Стал журналистом не на шутку
И перенёс в столбцы газет
Свою упраздненную будку.
На черемиса, латыша,
На всю мордву валит доносом —
Хоть и зовёт его общественным вопросом —
Во всех ты, душенька, нарядах хороша!

Времён минувших ростовщик,
Чуждаясь тёмного позора,
Усвоил современный шик
И назвал свой вертеп конторой;
Но та же алчность барыша
Томит и гласного вампира —
Так чёрт ли в том,
что ты надел костюм банкира…
Во всех ты, душенька, нарядах хороша!

Расставшись с шулерством прямым,
В виду общественного мненья,
Стал шулер зайцем биржевым,
Потом директором правленья.
Ты сделал ловко антраша
И мастерски играешь роль ты;
Но всё равно: из карт или из акций вольты —
Во всех ты, душенька, нарядах хороша!

Хоть в наше время не секут
Дворовых Филек, Ванек, Васек;
Но ведь с того же древа прут
В новейших школах держит классик.
Греко-латинская лапша —
Родня с берёзовою кашей,
Так скажем,
встретившись с кормилицею нашей:
Во всех ты, душенька, нарядах хороша!

Закон преследует разбой
Со взломом ящиков и ларцев,
Но вежливо зовёт «войной»
Убийство жён, детей и старцев;
Хоть человечество кроша,
Атилла всё равно «бич божий»,
Какою ни прикрыт национальной кожей —
Во всех ты, душенька, нарядах хороша!

Пустил бы я во весь карьер
Куплет свободно за куплетом;
Но в скачках с рифмами барьер
Поставлен всадникам-поэтам,
Хоть каждый может, не спеша,
Предупредительные вожжи
Сравнить с карательным арапником…
попозже…
Во всех ты, душенька, нарядах хороша!

Что ты посеял — то пожнёшь,
Сказали мудрецы в деревне;
В веках посеянная ложь
Костюм донашивает древний.
Когда ж, честных людей смеша,
Форсит в одежде современной —
Мы с дружным хохотом
в глаза споём презренной:
Во всех ты, душенька, нарядах хороша!

Но скажем твёрдо, не шутя,
Хоть светлым днём, хоть тёмной ночью,
Когда — заблудшее дитя —
Сойдёт к нам истина воочью,
Хотя б краснея, чуть дыша,
Хотя б классически раздета,
Хоть в гаерском плаще весёлого куплета:
Во всех ты, душенька, нарядах хороша!

1871 год

*****

Видеть, как зло торжествует державно

Видеть, как зло торжествует державно,
Видеть, как гибнет, что свято и славно,
И ничего уж не видеть затем —
Лучше не видеть совсем!

Слышать с младенчества те же напевы:
Слышать, как плачут и старцы и девы,
Как неприютно и тягостно всем —
Лучше не слышать совсем!

Жаждать любви и любить беспокойно,
Чтоб испытать за горячкою знойной
На сердце холод и холод в крови —
Лучше не ведать любви!

Знать и молитвы и слёз наслажденье,
Да и молиться и плакать с рожденья —
Так, чтобы опыт навеки унёс
Сладость молитвы и слёз!

Каждое утро вверяться надежде,
Каждую ночь сокрушаться, как прежде,
И возвращаться к надежде опять —
Лучше надежды не знать!

Знать, что грозит нам конец неизбежный,
Знать всё земное, но в бездне безбрежной
Спутать конец и начало всего —
Лучше не знать ничего!

Мудрый лишь счастлив; он смотрит спокойно,
И над его головою достойной
Свыше нисходит торжественный свет…
Да мудрецов таких нет!

1861 год

*****

Счастливец

Розовый, свежий, дородный,
Юный, весёлый всегда,
Разума даже следа
Нет в голове благородной,
Ходит там ветер сквозной…
Экой счастливец какой!

Долго не думая, смело,
В доброе время и час,
Вздумал — и сделал как раз
Самое скверное дело,
Не возмутившись душой…
Экой счастливец какой!

С голоду гибнут крестьяне…
Пусть погибает весь свет!
Вот он на званый обед
Выехал: сани не сани!
Конь, что за конь вороной!
Экой счастливец какой!

Женщину встретит — под шляпку
Взглянет, тряхнёт кошельком
И, насладившись цветком,
Бросит, как старую тряпку, —
И уж подъехал к другой…
Экой счастливец какой!

Рыщет себе беззаботно,
Не о чем, благо, тужить…
В службу предложат вступить —
Вступит и в службу охотно.
Будет сановник большой…
Экой счастливец какой!

Розовый, свежий, дородный,
Труд и несчастный расчёт
Подлым мещанством зовёт…
Враг всякой мысли свободной,
Чувства и речи родной…
Экой счастливец какой!

1857 год

*****

Деньги

Я дворец воздвигну на морских волнах,
Сколько есть песчинок я сочту в степях,
Я зубами с неба притащу луну,
Если в целом мире встречу хоть одну
Женщину, в которой страсти к деньгам нет!
Секретарь, квартальный, публицист, поэт
Могут ненавидеть деньги всей душой;
Женщина не может: в мире нет такой!
Женщина — для нашей братьи, для мужчин —
Колокол, в котором звук всегда один.
И везде мы слышим колокольный звон:
«Денег! денег! денег!» — благовестит он.

1863 год

Предлагаем подписаться на наш Telegram а также посетить наши самые интересный разделы Стихи, Стихи о любви, Прикольные картинки, Картинки со смыслом, Анекдоты, Стишки Пирожки.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *