Старик и трое Молодых — Иван Крылов

Старик садить сбирался деревцо.
«Уж пусть бы строиться; да как садить в те лета,
Когда уж смотришь вон из света!»
Так, Старику смеясь в лицо,
Три взрослых юноши соседних рассуждали.
«Чтоб плод тебе твои труды желанный дали,
То надобно, чтоб ты два века жил.
Неужли будешь ты второй Мафусаил?
Оставь, старинушка, свои работы:
Тебе ли затевать толь дальние расчеты?
Едва ли для тебя текущий верен час?
Такие замыслы простительны для нас:
Мы молоды, цветем и крепостью и силой,
А старику пора знакомиться с могилой». —
«Друзья!» смиренно им ответствует Старик:
«Издетства я к трудам привык;
А если от того, что делать начинаю,
Не мне лишь одному я пользы ожидаю:
То, признаюсь,
За труд такой еще охотнее берусь.
Кто добр, не всё лишь для себя трудится.
Сажая деревцо, и тем я веселюсь,
Что если от него сам тени не дождусь,
То внук мой некогда сей тенью насладится,
И это для меня уж плод.
Да можно ль и за то ручаться наперед,
Кто здесь из нас кого переживет?
Смерть смотрит ли на молодость, на силу,
Или на прелесть лиц?
Ах, в старости моей прекраснейших девиц
И крепких юношей я провожал в могилу!
Кто знает: может быть, что ваш и ближе час,
И что сыра земля покроет прежде вас».
Как им сказал Старик, так после то и было.
Один из них в торги пошел на кораблях;
Надеждой счастие сперва ему польстило;.
Но бурею корабль разбило;
Надежду и пловца — всё море поглотило.
Другой в чужих землях,
Предавшися порока власти.
За роскошь, негу и за страсти
Здоровьем, а потом и жизнью заплатил,
А третий — в жаркий день холодного испил
И слег: его врачам искусным поручили,
А те его до-смерти залечили.
Узнавши о кончине их,
Наш добрый Старичок оплакал всех троих.

Иван Андреевич Крылов, 1805 год

Анализ басни Старик и Трое Молодых

Басня «Старик и трое молодых» относится к 1805 году. И в ней «смиренно» говорит Старик, отвечая на дерзость молодых:

«Издетства я к трудам привык».

Заметим, что трое молодых, посмеявшихся над Стариком, сажающим деревце, не просто молодежь. «Один из них в торги пошел на кораблях», «другой в чужих землях» предавался «порока власти», жил в роскоши и неге; о третьем поэт ничего не говорит, но, видимо, он тоже не нарушал единства картины, социально значимой и определенной.

Все они — из семейства Листов, что глумятся над «смиренным» трудом Корней (Крылов, «Листы и Корни»). Их корыстным расчетам не дано понять, что есть «общая польза», за которую ратует и от имени которой выступает поэт, далеко опередивший свое время.

Всматриваясь в Старика, полагаю, мы обязаны фиксировать свое внимание на том, что перед нами не бессребреник, который, как положено в плохих романах, трудится не для себя, а только для других и для которого «чужие» интересы выше личных. Крылов, думается, мудрее. Его герой трудится и для себя (иначе бы он умер с голода), но не только для себя одного. Отсюда — переплетенность общественного и личного. Отсюда проистекает возможность «общественному интересу» стать личной человеческой страстью. Трудовая психология крыловского Старика проста и естественна. Она возникла в практике миллионов. Потому-то она так живуча. Потому-то так дорого приходилось расплачиваться за нарушение «правил» народной мудрости. Особенно в области организации труда, как мы сказали бы сейчас.

Крылов создает целый кодекс общественной нравственности, доблести, чести, морали и долга, в основе которого лежит труд как абсолютное мерило достоинства человека. Труд не требует особых наград и величания. Это верно лишь в том смысле, что он сам, по Крылову, награда и величие. Он выводит из безвестности в известность, он создает прочную славу, делает знатным.

Проблема славы, знатности была в ту пору важной общественной проблемой. На ней, на знатности, основывались права. Не случайно Пушкин был очень чувствителен и ревнив в этих вопросах. Появлялась новая знать, она попирала старую, основывавшую свои «права» на давности рода, ибо с родовитостью связана давность заслуг перед государством. Но при всем том совершенно очевидно, что в спорах о знатности у Крылова была своя, особая позиция. Он защищал демократический принцип знатности, основой которого был труд.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *