Стихи о Таразе

Стихи о ТаразеМой светлый город, мой Тараз!
Поет душа, ликует глаз.
Любовь моя, всегда и всюду,
Где б ни был я — я не забуду:
Зеленых парков чудный край,
Веселый яркий месяц май.
Твой зимний холод, летний зной —
Мой город — самый дорогой!
Я здесь родился, вырос и живу,
Но об одном я все же попрошу:
Цвети, расти и богатей!
Будь звездочкой на ясном небосклоне,
Стань славным, вражьим путам ты не верь —
Тараз — салют твоей свободе.

Мулдашева Жибек

*****

Есть город на Востоке, мне родной.
Красивый, гордый весь в цвету весной,
Такой увидишь в жизни только раз,
Великий город, Солнечный Тараз.

Там горы выше облаков стоят,
Цветут сады и радуют Ваш взляд.
От бед и от тревог хранишь ты нас,
Священный город, Солнечный Тараз.

И гдебы не был вновь спешу сюда,
Дунгановка и ГРЭС со мной всегда.
Вдали от дома не забыть мне Вас,
И Вечный город, Солнечный Тараз!

Жага Иван

*****

Тараз — названье молодое…
А если вдумаемся мы,
Ведь это — наш любимый город
Нерукотворной красоты.
Ведь здесь до боли все родное,
Мы здесь живем — на целый век.
В него однажды я влюбившись,
Не разлюблю его во век!

*****

В тополях, поющих летом,
Вся душа моя — поэта.
Все душа в зеленых листьях
Серебристых и волнистых.
В них же краски заревые
И рассветы вековые.
Мой Тараз, моя аллея,
Каждый шаг сверяет время.
Собирает птах веселых
В тополиный мир зеленый.
Все что надо — нахожу,
Коль по городу хожу.
А уеду — затоскую,
И нигде не свековую.
И вернусь с сияньем глаз
В замечательный Тараз.

Ступников Василий

*****

Не знаю, как кто,
А я согреваюсь солнцем Тараза.
Не знаю, как кто,
А я согреваюсь весной.
Не знаю, как кто,
А я освежаюсь водою Таласа,
Где рыба играет
и светится в камушках дно.
Не знаю, как кто,
А я уважаю и лето, и осень,
Не знаю, как кто,
А я уважаю садов и полей урожай.
Не знаю, как кто,
А я поклоняюсь хлебным колосьям
И человеку за этот распахнутый край.

Олжасова Ольга

*****

Город ночной, прими меня!
Город ночной, где огней не счесть,
дай мне пристанища и огня,
город ночной, прими меня,
прими такой, какая я есть!

Город жары и дымных труб,
прими мой нрав — весь, целиком,
и даже если тебе не люб, —
прими капризный излом губ,
и страсть мою прими легко!

Город ночных улиц и трасс,
возьми мою грусть, возьми — совсем!
Родной, зеленый, пыльный Тараз,
любовь и ненависть моих глаз,
возьми мою грусть и будь нем.

Будь нем, как прах древних гробниц —
святая святых твоих твердынь,
и как давно среди девиц-
-рабынь — одна, не павшая ниц
пред злобным ханом Златой Орды.

Город родной, отдай меня,
отдай рассвету, теплу и дню,
рассвету — светлую от огня.
И ничего во мне не меняй!
Иду к тебе! иду к огню!

Ларианна Грэй

*****

Древний Тараз

Если прошлого мы не забыли,
Значит, будущее есть у нас.
И воскреснут старинные были:
С днем рождения, древний Тараз!
Помнишь ты вековые дороги,
По которым спешил караван.
На земле твоей жили пророки,
Здесь покой свой обрел Карахан.
Мы читаем твою географию —
Открывается древний мир.
Познаем и свою биографию,
Ведь у дерева корень — один.
В память святости предков далеких
В центре города встанет мечеть,
Купола ее будут высоки —
Мусульманская гордость и честь!
Грандиозны заботы акимов:
Дендропарк, монументы, спортзал…
И айтыс — состязанье акынов —
Эстафету традициям дал.

Канатова Жаннет

*****

Песня о Таразе

Тараз, любимый город мой,
Всегда в пути ты был со мной,
Здесь все места родной земли
Корнями предков проросли.
Прошедших радостей и бед
На тех корнях остался след,
И никогда он не умрет,
Покуда город мой живет.

Припев:
Какие яблоки здесь зреют,
Какие розы здесь цветут,
Какие парки зеленеют,
Какие улицы растут!

Тараз, тоску мою развей
Рекою бурною своей.
Люблю я твой веселый взор
И синеву высоких гор.
Прохладу раннюю полей
И шепот сонных тополей,
Тараз, всегда меня зови,
Тараз, открой глаза свои.

Припев:
Какие яблоки здесь зреют,
Какие розы здесь цветут,
Какие парки зеленеют,
Какие улицы растут!

Тараз, любимый город мой,
Всегда в пути ты был со мной.
Но здесь молодость прошла,
Моя судьба меня нашла.
Здесь на следах ушедших лет
Оставлю свой заметный след.
И никогда он не умрет,
Покуда город мой живет.

Вотинцев Петр

*****

Сказание о Таразе

— 1 —

В пылу осеннего цветенья,
В сырой прохладе октября
Под дождевое разнопенье
Терзал я мыслями себя:
— Зачем любовь, когда разлука
Тоскою чёрною и мукой
Убьет когда-нибудь её?
И что потом? Небытиё.
И полный тлен страстей и чувства,
Первичный хаос и печаль,
И месть — отточенная сталь
В душе казнит навеки буйства.
Рождаться, чтобы умирать?
За что такая благодать?

— 2 —

За что я послан на страданья?
За что отправлен душу рвать?
Ну почему одни скитанья?
Покоя нет и негде взять.
Как волк в ночи ищу добычу
И сам себе беду я кличу.
— Ты хочешь знать, где есть покой? —
Вдруг слышу голос за спиной.
Смотрю: стоит, мне улыбаясь,
С дорожной чёрною сумой,
Как призрак ночи, весь седой,
На посох старец опираясь.
— Как это странно… Кто он есть?
Как мысли смог мои прочесть?

— 3 —

— Не мне ли знать людские мысли,
Глубины разума и мель.
Доступны мне и неба выси,
И дали солнечных земель.
Я здесь живу от сотворенья
Степных просторов. Смерти тленье
Власть не имеет надо мной.
Я Дух степей, и непокой
Сродни хранителю Тараза.
Ну, что ж, поэт, веди-ка в дом,
Я расскажу тебе о том,
Как гибнул город, но ни разу
Народ пощады не просил.
И враг его в крови топил.

— 4 —

Разлив чай крепкий по пиалам,
Взглянул на старца я и вдруг
В глазах раскосых аксакала
Увидел боль далёких мук.
— Давным-давно, когда народы
Искали пастбища и воду,
Привёл сюда людей Чжи-Чжи.
Построил замки и дворцы.
И вырос город гордых гуннов
С прекрасным именем Тараз.
Он богател из часа в час,
Из года в год. На звонких струнах
Он воспевался, но, увы,
Нашлись и недруги свои.

— 5 —

Прознал однажды повелитель
Земель китайских Тиу Ли,
Что город выстроен великий,
И краше нет его в степи.
Наполнив завистью злой душу,
Владыка, хмуря брови, слушал,
Как восхвалял Тараз купец:
«О, властелин людских сердец,
Величья станет он гарантом.
И для тебя, и для сынов
Он в ожерелье городов
Китайских будет бриллиантом.
Возьми его. У твоих ног
Сомкнет он Запад и Восток».

— 6 —

Прельщённый речью император
Издал по княжествам указ:
Собрать всех воинов, и брату
Он повелел пленить Тараз.
Убить мужчин, забрать богатства
И увезти всех женщин в рабство,
Чтоб быть хозяином степей.
И под копытами коней
Вся степь от боли содрогнулась:
В долину с войском смерть вошла,
Вползла змеею вражья мгла.
И в море крови окунулась,
И застонала в пытках зла
Многострадальная земля.

— 7 —

Всей многотысячною силой,
Бурлящей чёрною рекой,
Неудержимою лавиной
Пришли враги во тьме ночной.
Но на заре среди тюльпанов,
Средь ковыля, седых туманов,
Реки прозрачно-голубой
Их ждал жестокий, страшный бой.
И по всесильному приказу
В безумном крике злая рать
Пошла и резать, и топтать
Полки защитников Тараза.
Людскую боль и кровь, и смерть
В страданьях принимала степь.

— 8 —

Погибли многие в сраженье.
И предводитель гуннов пал.
Но потерпел враг пораженье
И духом сломленный, бежал.
Познал не раз Тараз мытарства,
Но жил и цвёл. Его богатства
Росли на Шёлковом пути.
И приказал войскам идти
Хан Исмаил на славный город.
И захватил его араб,
Но сам со временем ослаб.
И Саманид Тараз взял вскоре.
И тут почтенный аксакал
Рассказ внезапно оборвал.

— 9 —

— О, Дух степей, прошу, скажите,
Что опечалило вдруг Вас?
— Я вспомнил скорбную обитель,
Любви печальной чёрный час.
Обитель та — любви гробница.
И с нею, право, не сравнится
Ни что на свете, но, увы…
Она в себе Айшу-биби
Резным творением сокрыла.
Взяла навеки в свою ночь
Степей красавицу и дочь.
О, как давно всё это было.
Но до сих пор в моей душе
Печаль теснится об Айше.

— 10 —

В те времена, когда в Таразе
Купцы со всех концов земли,
Шелка меняя на алмазы,
Торговлю бурную вели,
Жил Шахмахмуд — отважный воин,
Хранитель веры и покоя.
Был одинок он, но любовь
Ворвалась, и взыграла кровь.
Забыв про всё, что было в мире,
Смущённый чудной красотой,
Стоял он бледный пред Айшой
В саду таразского эмира.
Благоуханье нежных роз
Его влекло в долину грез.

— 11 —

— Твои глаза, как два агата,
Как росчерк молний, смоль бровей.
А эти губы — час заката
И сладкий рок любви моей.
Прекрасной пери ты слетела
С небес ко мне. О, это тело,
Что так заставило страдать,
Всю жизнь хотел бы я ласкать.
О, как хочу, чтоб твои руки
Теплом и нежностью в ночи
Смогли тоску мою лечить,
Мои тревоги, боль и муки.
Позволь тебе, мой свет очей,
Отдать любовь души моей.

— 12 —

Пятнадцать лет я жил в пустыне.
Молился, пост держал, потом
С врагами в битвах своё имя
Прославил я, но пуст мой дом.
Бой предстоит мне очень скоро.
Уехать должен я, но в город
Вернусь с победой и тогда
Хотел бы я с тобой, Айша,
Союз священный перед Богом
Навеки вечные скрепить.
Но я не знаю… может быть,
Идем по разным мы дорогам.
Чтоб полюбить смогла меня,
На все готов я для тебя.

— 13 —

— Клянусь Аллахом, Небесами, —
В ответ промолвила Айша, —
Порою я не сплю ночами
Из-за любви — болит душа.
О, как же долго, мой любимый,
Была в мечтах тобой томима.
Жила и грезила о том,
Чтоб быть с тобою, пусть тайком,
Но видеть блеск очей прекрасных,
Ночами кудри поправлять,
Уста и руки целовать
И утопать в объятьях страстных,
И, как трепещущая тень,
Делить с тобой и ночь, и день.

— 14 —

Ушёл в поход на иноверцев
Отважный воин, но Айша
Его прекрасный облик в сердце
Хранила преданно. Душа
Жила мечтой о скорой встрече.
Тянулись дни, и каждый вечер
Она ходила на курган,
Смотрела в даль. Но лишь туман
Стелился мрачный на закате
И диск кровавый в тишине
За горизонтом, как во сне,
Свои огни беспечно тратил.
Лишь только степь и жар песка,
И сердца верного тоска.

— 15 —

— Как тяжело разлуки время.
В нём каждый час длиною в год.
О, ожиданье, твое бремя
Меня когда-нибудь убьет.
Пошли мне весть, молю, любимый,
Жизнь без тебя невыносима, —
Так каждый раз куда-то в даль
Айша шептала, и печаль
Глаза слезами наполняла.
И внял Аллах ее мольбам:
В Тараз явился караван,
Привезший весть. Айша узнала,
Что Шахмахмуд спешит в Тараз,
И долгожданный близок час.

— 16 —

Желая сладкий миг ускорить,
Чтоб успокоилась душа,
Покинув в тот же вечер город,
Навстречу милому Айша,
Одевшись в свадебное платье,
Презрев законы высшей знати,
Степей безмолвие дробя,
Погнала верного коня.
В сиянье лунном через сопки,
Через курганы и ручьи
Она неслась, и конь в ночи
Бег ускорял под жгучей плеткой.
И в дробном цокоте ковыль
Глотал поднявшуюся пыль.

— 17 —

Степей полночную сутану,
Небес безбрежных звёздных мрак
Взрезая, будто ураганом
К мечте Айшу нёс аргамак.
Но покрывая расстоянья,
Чтоб сблизить страстное свиданье,
Лишившись сил, пал верный конь.
Потух в его глазах огонь.
— Прости меня за нетерпенье,
Прости Айшу, мой вороной.
Исполнив долг свой, на покой
Ушел ты рано. Смерти тленье
Свернуло в венах твоих кровь.
Виной всему — моя любовь.

— 18 —

Лучи, прорезавшись с востока,
Как маки в поле зацвели.
Обняв коня, Айша в глубокий
Сон погрузилась, а вдали
На горизонте из тумана
Отряды воинов Ислама,
Держа домой далекий путь,
Шли через степь, и Шахмахмуд
С дозорной сотней вдоль курганов
Спешил в рассветной тишине
К своей красавице Айше,
Чтоб пасть в объятия дурмана,
Мятежной ласки и страстей
Любви единственной своей.

— 19 —

— О, эта степь — моё проклятье —
Так бесконечна, но к тебе,
Моя любовь, в твои объятья
Назло дорогам и судьбе
Вернусь во что бы то ни стало.
И ночь небесным покрывалом,
Окутав звёздами Тараз,
Укроет нас от лишних глаз.
Чтобы уста твои и плечи
Я смог без устали ласкать
И целовать, и целовать,
Хмелея в нежности. Но встреча
Всё далека, — так Шахмахмуд
Мечтал, кляня свой долгий путь.

— 20 —

Но за курганом у дороги
Увидел девушку, и боль
Неясная в груди тревогой
Легла, отняв его покой.
— Кто это спит там в платье белом?
Кто эта девушка, что телом
Укрыла павшего коня?
(О, Азраил, возьми меня!)
Как на Айшу она похожа,
Такой же чёрный шёлк волос,
Спустившись россыпями кос,
На бархат лёг нежнейшей кожи.
О, как знаком мне этот стан.
Что это: явь или обман?

— 21 —

Что это? Происки шайтана
Иль помутнение в глазах?
Моя Айша?.. Клянусь Кораном… —
Промолвил Шахмахмуд, и страх,
Отвагу воина нарушив,
Вошёл холодной сталью в душу.
И с быстротою барса вмиг
Рванулся он, и жуткий крик
Слетел: «Такое не возможно!
С ума, наверное, схожу!»
И крепко спящую Айшу
К себе за плечи осторожно
Он повернул, и тут она
Открыла медленно глаза.

— 22 —

— Любимый… ты? Я так скучала,
Одною грустью лишь жила.
Я даже в снах тебя искала,
Разлука смертью мне была.
Все дни и ночи в непокое…
О, как мне больно. Что такое? —
Айша промолвила, и вдруг
Сомкнула веки. Сердца стук
В груди внезапно оборвался.
И в необъятной тишине
Раздался крик: «О, горе мне!..
Очнись же, милая, остался
В далёком прошлом непокой.
Я здесь, любимая, с тобой».

— 23 —

— О, жизнь моя, что здесь случилось?
Открой, любимая, глаза.
О, Всемогущий, сделай милость, —
Взмолился воин, и слеза
Скатилась горестным заклятьем.
И тут из свадебного платья
С шипеньем выползла змея.
— О, мой Аллах, убей меня!
Степной гадюкой я наказан.
Из всех немыслимых наград
Я получил проклятый яд —
Убит с любимой я. О, разум,
Покинь меня! На эту смерть
Не в силах пленник твой смотреть…

— 24 —

Чтоб знали люди, как невеста
Должна любовь свою хранить,
На этом мрачном, скорбном месте
Он приказал мазар сложить.
И по веленью Шахмахмуда
Резное выстроили чудо.
С тех пор влюблённые туда
Несут цветы и на века
Друг другу в верности клянутся.
Немало храбрый Шахмахмуд
Прожил ещё, но его губ
Никто не смог уже коснуться.
В тоске и боли век он жил.
Такая вот святая быль.

— 25 —

На долго город под тираном —
Каракитаевской пятой —
Слугою стал, но только раны
Он залечил, как снова бой.
Хорезмшах пришел за властью
И в этой гибельной напасти
Вновь потекла людская кровь.
О, где же взять мне столько слов,
Чтоб описать всю боль народа,
Его страданья в сонме мук,
Когда сразил опять недуг
Его кровавый через годы.
Когда под городом свой стан
Разбил всесильный Чингисхан.

— 26 —

За всю историю Тараза
Не видел битвы я страшней:
Теряли люди в схватках разум,
Но в череде жестоких дней,
В пожаре, голоде и плаче
Не помышлял никто о сдаче
Тараза гению войны.
У каждой глиняной стены
Стояли все, кто только в силах,
Кто мог оружие держать.
И приказал монгол втоптать
Свободный город в тьму могилы,
До основанья, чтоб Тараз
Разрушен был и брошен в грязь.

— 27 —

Не передать бесчинства рати
И всю безжалостность орды.
Как будто небо на закате
Тараз окрасили костры.
Предел насилию над телом
Положен был в той оголтелой
Безумной похоти врагов,
Когда во пламени костров
Горели женщины, чьи груди
Срезали только лишь за то,
Что, молоком вскормив сынов,
Взрастили тех, кто волей судеб,
Встав на пути взъяренных сил,
Монголов данью не почтил.

— 28 —

Через года, когда джунгары
И беспощадный Тамерлан
Тараз вновь бросили в пожары,
И смерти взвился ураган,
Ища у злобы своей средства,
Переступить монголов зверства
Как ни хотели, не смогли.
О, сколько сил святой земли
Ушло на то, чтоб вырос город
На пепелище, сбросив прах,
Расцвёл на радость. И Аллах
Благословил людей. Но вскоре
Кокандский хан пришел, и вновь…
И вновь, и вновь рекою кровь.

— 29 —

Не счесть лишения и муки,
Что охватили горожан.
Из жажды к злату и от скуки
С войсками лютый Алимхан,
Кровавое продолжив дело,
Вошёл в Тараз и смерть запела
Скрипучим голосом своим
Заупокойный, чёрный гимн.
В преступном зверском упоенье
Хан слушал дикий храп коней,
Мольбы и стоны, свист мечей.
И в этом жутком наслажденье,
Искоренив в резне народ,
Забрал богатства он и скот.

— 30 —

— Идём в поход, сметем заразу, —
Султан Большой Орды Адиль
Вскричал, узнав, что нет Тараза.
И поднялась конями пыль.
— Я отмщу, клянусь Аллахом,
Иначе мне не быть казахом.
Кто захотел со мной войны,
Падёт в объятья тишины, —
Твердил Адиль — сын Абылая,
Направив войско на Ташкент, —
Коканд узнает и Дербент:
Земля казахам — Мать Родная,
Святая Мать, Свобода, Честь!
Страшна, жестока будет месть.

— 31 —

Семь городов ташкентцев пали,
Смели казахи толщи стен.
Под гнётом ярости и стали
Мир заключили. И Рустем —
Казахов славный предводитель,
Адиля верный друг, воитель,
Как будто лезвие клинка
В груди разбитого врага
Оставлен был, чтоб каждый житель
Ташкента ввек не забывал,
Что есть у них теперь вассал
И хан казахов — их правитель.
Тараз кто грабил и пленил,
Потом годами дань платил.

— 32 —

И снова старец вдруг нежданно
Прервал взволнованный рассказ.
В глазах его я, как в тумане,
Увидел древний мой Тараз.
Увидел всё, что только было:
Как город строился и в пыли,
В крови людей был погребен,
Как возрождался снова он,
Как там чеканили монеты,
Как яд змеи Айшу убил,
Как под Ташкентом вдруг Адиль
Внезапно умер, как поэты
Любили гурий и в тиши
Писали им свои стихи.

— 33 —

Увидел я, как Тамерлана
Прошли полки и под мечём
Сложились головы в курганы.
И как китайцы саранчой
На город древний налетали.
Как в смертоносном звоне стали
И Чингисхан, и Алимхан,
Разбив у стен Тараза стан,
В крови пьянея, пировали.
Как наваждения, века
В глазах святого старика
Передо мною пролетали.
Но в этой гуще зла и бед
Не мало было славных лет.

— 34 —

В гипнозе странном аксакала
Я не заметил, как рассвет,
Сорвав ночное покрывало,
На город бросив красный плед,
Мрак отогнал от сонных улиц.
Виденья прошлого качнулись
И растворились в тот же миг.
Поднявшись медленно, старик
Сказал: «Поэт, тебе до тризны
Бой предстоит с самим собой.
И только тот найдёт покой,
Кто не достоин вовсе жизни.
Сотрет из памяти тех смерть,
Кто жил, чтоб сыто умереть».

Иванов Дмитрий
___________________________

Примечания

1. Город был построен в II-III вв. до нашей эры и первоначально был назван Таласом.
2. Таласская битва состоялась в 36 году до нашей эры.
3. В 893 году город, став богатым и значительным захватывается Исмаилом ибн Ахмедом, а с приходом Саманидов до конца X века внедряется ислам.
4. Мавзолей Айши-биби, а затем и мавзолей Карахана (Шахмахмуда) были построены в Х-ХII вв.
5. Завоевание города каракитаями состоялось в конце ХII века, котарых затем в 1210 году разгромил Хорезмшах Мухаммед.
6. В 1220 году, оказав сильное сопротивление монголам, Тараз по приказу Чингисхана сжигается и разрушается до основания, а с его разрушением заканчивается расцвет оседлой культуры. Но к 1307 году город вновь возрождается и гибнет в междоусобных войнах потомков Чингисхана.
7. В ХVI в. город, занятый тимуридскими войсками хана Улугбека, подвергается завоеванию в 1513 году казахским ханом Касымом. К концу века город забывается, но его земли входят в состав казахского ханства, и в 1723 году разрушается джунгарами.
8. В 1799 — 1809 годах хан кокандского ханства Алим стал расширять свои владения за счёт соседей и захватывает город, носивший в то время новое название «Аулие-ата». За исключительную жестокость при взятии города Алимхана прозвали «Шар-гарой» — лютым тигром.
9. Главный султан Большой Орды наследник Абылая начал войну с Ташкентом. Предводитель казахов Рустем взял семь городов, и ташкентцы заключили мир, став вассально зависимыми. Рустем назначается наместником.
10. В 1815 году внезапно под Ташкентом умирает
Адиль — главный султан Большой Орды, третий из 30-ти сыновей Абылая.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *