Суини среди соловьев — Томас Стернз Элиот

— О горе, мне нанесен смертельный удар!
Эсхил, «Агамемнон»

Горилла Суини ветхий щит
Волочет, хохоча над прахом,
И зебры старческих морщин
Вспухают пятнами жирафа.
Изгибы ветреной луны
Стекают, трепеща, в Ла-Плату.
Предсмертный птичий хрип уныл.
Суини — страж у врат рогатых.
Тих своры Ориона плач.
Моргает море маяками,
И дама треф, гишпанский плащ
Накинув, примеряет камень
Коленей Суини, с визгом вниз
Соскальзывает (клацнул чайник
И вдребезги), привычно мисс
Чулки, почесываясь, стянет.
В кофейном фраке юный франт
У подоконника зевает.
С бананами официант
расправиться не поспевает.
Угрюмый тип сосет вино лишь,
Сопит в тупом анабиозе.
Рашель, в девицах — Рабинович,
Как виноград глотает слезы.
Она и дама треф в плаще
Сплетают ласок постоянство,
От сцены сей детина щель
Рта разевает и в пространство
Блюет глицинией с окна
Старинной трапезной. Прощальный
Мерцает золотой оскал
Вслед исчезающим исчадьям.
Мать-настоятельница дверь
Прикрыла, словно глаз дремотный.
Кудахчет сиплый соловей
За монастырским огородом.
Но вдруг вскричит Агамемнон
Из савана в помете птичьем,
И шабаш погрузится в сон,
Скрыв посрамленное величье.

Томас Стернз Элиот, 1985-1986 годы
(Перевод Финкель Е.)

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *