Опять во тьме У наших ног — Владислав Ходасевич

Опять во тьме. У наших ног
Простертых тел укромный шорох,
Неясный крик, несмелый вздох
И затаенный страх во взорах.

Опять сошлись. Для ласк и слез,
Для ласк и слез — увы, не скрытых! Читать далее «Опять во тьме У наших ног — Владислав Ходасевич»

Что в лесу на букву Ш — Михаил Яснов

Что у нас в лесу на букву Ш?
Это шишка шлёпнулась, шурша.
Шмель и шершень шумно шарят в кашке.
Шебуршат в шиповнике букашки.
Что ещё в лесу на букву Ш?
Шум и шорох возле шалаша.
Ну а если полон рот морошки —
Широежки и шороконожки!

Михаил Давидович Яснов

Giardino publico (Общественный сад) — Петр Вяземский

Когда, пресытившись природой южной,
Родных воспоминаний след ловлю
И чувствами мне освежиться нужно
И в душу север просится, — люблю,
Забыв лагуны с прелестью их мирной
И бег гондол, скользящих здесь и там,
И чудный мир, из глубины сафирной Читать далее «Giardino publico (Общественный сад) — Петр Вяземский»

слышен каждый шорох в домике пустом

слышен каждый шорох
в домике пустом
в книге одиночеств
я отдельный том

zer0

Встрепенулся ночью — Масаока Сики

Встрепенулся ночью —
с тихим шорохом наземь упал
цветок вьюнка…

Масаока Сики
(Перевод Долина А. А.)

Ты помнишь круглый дом и шорох экипажей — Константин Вагинов

Ты помнишь круглый дом и шорох экипажей?
Усни мой дом, усни…
Не задрожит рояль и путь иной указан
И белый голубь плавает над ним. Читать далее «Ты помнишь круглый дом и шорох экипажей — Константин Вагинов»

Оттого и томит меня шорох травы — Георгий Иванов

Оттого и томит меня шорох травы,
Что трава пожелтеет и роза увянет,
Что твое драгоценное тело, увы,
Полевыми цветами и глиною станет.

Даже память исчезнет о нас… И тогда
Оживет под искусными пальцами глина Читать далее «Оттого и томит меня шорох травы — Георгий Иванов»

Теперь уже проходит жизнь — Геннадий Айги

да: люблю я (шорох
утром — в сон слепя):
словно кровь на глянце
(что же делать мне)
там где ты живешь — Читать далее «Теперь уже проходит жизнь — Геннадий Айги»

Она надевает чулки, и наступает осень — Иосиф Бродский

Она надевает чулки, и наступает осень;
сплошной капроновый дождь вокруг.
И чем больше асфальт вне себя от оспин,
тем юбка длинней и острей каблук.
Теперь только двум колоннам белеть в исподнем
неловко. И голый портик зарос. С любой
точки зрения, меньше одним Господним Читать далее «Она надевает чулки, и наступает осень — Иосиф Бродский»

За книгой — Гийом Аполлинер

Сантабаремский монах,
Одетый в черную рясу,
Бледные руки простер, призывая Лилит.
Орлан в ночной тишине
Прокричал зловеще три раза
И воскликнул монах: «Летит она! Вижу, летит!
А за нею три ангела…»
— Здесь обрывается книга, которую черви изъели,
И встает предо мною далекая ночь
С ущербной луной; Читать далее «За книгой — Гийом Аполлинер»