Ювенал о Древнем Риме — Дмитрий Мережковский

Наше сердце огрубело,
И, к свободе не привык,
А кощунствует он смело,
Лживый, рабский наш язык!

Мы смиренны, — Бог свидетель!
Скучен подвиг, скучен грех…
Трусость — наша добродетель,
Наша мудрость — жалкий смех. Читать далее «Ювенал о Древнем Риме — Дмитрий Мережковский»

Разорение Рима и распространение христианства — Иван Козлов

А. И. Тургеневу
Из мрачных северных лесов,
С восточных дальних берегов,
Сыны отваги и свободы,
Стремятся дикие народы
С двойной секирою, пешком,
В звериной коже, с булавами,
И на конях с копьем, с стрелами,
И череп вражий за седлом. Читать далее «Разорение Рима и распространение христианства — Иван Козлов»

Стихи о Марке Аврелии

Стихи о Марке АврелииВека, разрушившие Рим,
Тебя не тронув, пролетели
Над изваянием твоим,
Бессмертный Марк Аврелий!
В благословенной тишине
Доныне ты, как триумфатор,
Сидишь на бронзовом коне,
Философ-император.
И в складках падает с плеча
Простая риза, не порфира.
И нет в руке его меча, —
Он провозвестник мира.
Невозмутим его покой,
И всё в нем просто и велико.
Но веет грустью неземной
От царственного лика.

В тяжелый век он жил, как мы,
Он жил во дни борьбы мятежной,
И надвигающейся тьмы,
И грусти безнадежной.
Он знал: погибнет Рим отцов.
Но пред толпой не лицемерил.
Чем меньше верил он в богов, —
Тем больше в правду верил.
Владея миром, никого
Он даже словом не обидел,
За Рим, не веря в торжество,
Он умер и предвидел,
Что Риму не воскреснуть вновь,
Но отдал всё, что было в жизни —
Свою последнюю любовь,
Последний вздох отчизне.

В душе, правдивой и простой,
Навеки чуждой ослепленья,
Была не вера, а покой
Великого смиренья.
Он, исполняя долг, страдал
Без вдохновенья, без отрады,
И за добро не ожидал
И не хотел награды.
Теперь стоит он, одинок,
Под голубыми небесами
На Капитолии, как бог,
И ясными очами
Глядит на будущее, вдаль:
Он сбросил дольней жизни тягость.
В лице — спокойная печаль
И неземная благость.

Дмитрий Мережковский Читать далее «Стихи о Марке Аврелии»

Стихи про Юлия Цезаря

Стихи про Юлия ЦезаряВеликий Рим, поверженный кумиром,
Себя на славу грозную обрек.
И гордо возвышается над миром
Победоносный лавровый венок.
Еще ни прорицатели, ни карты
Не предвещают никакой беды;
И ты еще не видел Клеопатры —
Исчадия безумной красоты.
Еще идут с победой отовсюду
Солдаты, закаленные в бою,
Еще ты слишком доверяешь
Бруту Судьбу неблагодарную свою.
Еще привычно правишь колесницей,
Вздымая пыль объезженных дорог. Читать далее «Стихи про Юлия Цезаря»

Стихи о Помпеи

Стихи о ПомпеиЯ не хочу последний день Помпеи
Запомнить ревом недр и криком страха —
Разрушенный проклятьем скарабея
В безмолвии взывает он из праха.
Нам свойственно достоинство и разум
Терять, когда беда неотвратима,
И груз цивилизаций сбросив разом,
Стремиться на цветную пантомиму.
Не проще ли готовящейся тризне
Дать повод для спокойных сожалений?!
Бесцельно дергать ритм привычной жизни
В вопящей суматохе исступлений
Зачем? В преддверье скорого забвенья
К чему предвосхищать и суетиться?
Пускай беда сожмется до мгновенья
Нежданного…
Чтоб даже не проститься…
Как был и не был… Читать далее «Стихи о Помпеи»

Семья в Древнем Риме

Семья в Древнем РимеЖизнь римлян подчинялась строгим правилам, не оставлявшим места головокружительной страсти. Стреноженные законами и социальными условностями, люди исповедовали моногамию и сдержанность, однако снисходительно относились к чувственности, всплескам темперамента и прочим тайным порокам, и в этом они не походили на викторианцев. Многими веками позже строгость, стоицизм и отрешение от соблазнов стали составлять часть образа отца семейства. Дети обращались к отцу, который являл собой воплощение твердости поведения, — «сэр». Как может человек противиться соблазну Только ступив на путь тяжелой работы. Добродетель легче всего торжествует в утомленной плоти. На долю матерей выпадает покладистость. Женщине приписывается эмоциональность и порой неустойчивость психики. Читать далее «Семья в Древнем Риме»