Стихи о Ван Хельсинге

Стихи о Ван ХельсингеТы бой ведёшь две долгих сотни лет,
Сменились годы поражений и побед.
По склепам и замкам гнал ты его,
Убийцу-вампира. Отца своего.
Тянулась за ним вереница гробов,
Людей превращал он в послушных рабов.
И две сотни лет играл он с тобой,
Ты стар, но всё продолжаешь свой бой.
Устал ты быть зверем, охотником стал,
В фамильном поместье он даст скоро бал.
Из Польши спешишь ты скорее домой,
Его вызов принят, и ты рвёшься в бой.
Съезжаются гости, зажгли фонари,
Бал будет долгим, до самой зори.
Гости танцуют, смеются и пьют,
Как скот, на рассвете, их перебьют.
Крадёшься ты к склепу, спеша через двор,
И в замок фамильный входишь, как вор.
Ты знаешь, он там — зов врезается в мозг,
Тысячью игл, миллионами розог.
Тихо стоит вампир у стены,
Тут нет ни бога, ни Сатаны.
Вскинь арбалет, дай стреле поразить
Сердце врага. Его нужно убить!
Гранитные стены, сила на слом,
Желчь по венам льётся огнём.
Выстрел и крик — проклятие рода,
И кровь разъедает стальную породу.
На теле белым огнём застыла вода,
Сгорает вампир — он дождался суда.
И ты замечаешь, что это не он,
Ты снова унижен, а склеп осквернён.
Проходят века, а конца войне нет,
Не можешь никак ты исполнить обет.
И век двадцать первый уже на исходе,
А враг твой — вампир, ещё на свободе.
Отступиться нельзя, и убить — не дано,
И не доступен он, как руно.
Сколько ещё сотен лет пролетит,
Не сгинет пока он, или не победит?

Kiron

*****

Мой чёрный плащ завис над бездной,
Заряжен арбалет.
Мой Бог, тебе я был полезен,
Но сил и веры нет.

Мой ветхий дом венчает пропасть
И скоро рухнет вниз.
В его стенах моя убогость,
Молись иль не молись.

Отец небесный наблюдает
С небес кромешный ад.
Ты видишь, как душа страдает,
Войдя в подземный град.

Земная жизнь подобна аду,
Я испытал всю боль.
За что же ты мне дал награду —
Борца с Нечистым роль?

Бессильны здесь и меч и пламя,
Кресты и серебро,
Пока не станут люди сами
Сражаться за Добро.

Тогда в сердцах издохнут черви,
И лотос расцветёт,
И в их рядах я буду первым,
Ты слышишь, о, mein Gott?

Маша Фе

*****

Вампиры в одиночку
Кровавою толпой
Поставили ту точку
Где я опять герой

Припев:
И много было страха
А я не унывал
Я этих черных в небе
По краешку гонял

Откуда я не помню
Но в этот край пришел
И той святой наполнил
И те слова прочел

Припев:
И много было страха
А я не унывал
Я этих черных в небе
По краешку гонял

И зрили эти злые
Обет беды храня
Но вспомнил я что звали
Ван — Хельсингом меня

Припев:
И много было страха
А я не унывал
Я этих черных в небе
По краешку гонял

Мустафин Искандер

*****

Очень-очень давно полуживого
Нашли меня около церкви.
Поначалу принимали за мёртвого,
Так как лежал в тёмной луже крови.

Молились за меня священники,
Отозвался Господь на их зов.
Спасли меня Бога посланники,
Благодаря им бросил смерти я вызов.

Прошло множество дней.
Я людей от зла защищал.
И однажды в час вечерний
Узнал, что монстр из могилы восстал.

Воскресил его дьявол,
С кем он сделку заключил.
Возжелал взойти на мира престол.
Стал жить, как сатана научил.

Рассказали мне это, отправился
Я к тебе в Трансильванию.
В тебя я с первого взгляда влюбился,
Как только прибыл по великому указанию.

Ты и брат, все кто остались
От вашего сильного рода.
С отпрыском зла бороться пытались.
Пытались, для своего же народа.

Но он отнял и его, ты осталась одна
Укусил его оборотень, что служил
Лишь ему, стала ты, как лёд холодна.
Ведь безбожно заклятье на брата наложил.

Горе тебя никак не отпускало,
Ты была полностью убитая им.
Оно будто душу из тебя вырывало,
Заставляло думать, что враг не победим.

Я тут же тебе согласился помочь,
Вэлкона из тьмы попытаться спасти.
Тогда была тёмная глубокая ночь,
Но я и не думал тебя подвести.

Дошли мы до замка, где жил
Франкенштейн. Сказала ты мне,
Что год назад его Влад уничтожил,
А тело на мельнице пылало в огне.

Его чудовище с благородной душой
Донёс до неё, называя отцом.
К сожалению знал, что здесь он чужой,
Но пытаясь вызволить отца, себя проявил храбрецом.

Пробрались мы в замок,
Где Вэлкона Дракула пытал.
Там царил хаос, беспорядок,
На вершине был брат, он всё рассчитал.

Заберёт его жизнь, чтобы ожили его дети.
Бедняга Вэлкон, его он чуть не убил.
Поднималась на вершину, в надежде брата найти.
Его ты нашла, но, увы, его жизнь он уже загубил.

Обратился он оборотнем,
Позабыл он ту жизнь.
Душа пылает огнём,
Поселилась в ней злоба и тень.

Решили мы учёного создание спасти,
Предложил я увести его в Рим,
Защитить от жертвенной участи.
В то, что справимся, конечно же верим.

Увы, но не вышло, нас нагнали враги.
Застали, практически, в самом начале пути.
Явились вампирши — Влада прислуги,
Не дали нам подальше уйти.

Напали на нас, пытались убить.
И чудовище для своих целей забрать.
Пытались нас с тобой погубить,
Но мы не собирались умирать.

Попалась Верона на осиновые колья,
Угодила вампирша в ловушку мою.
Потеряла она свои злобные крылья,
Когда в засаду попала скрываемую.

Явился и Вэлкон в волчьем обличии.
Встал теперь он на сторону зла.
Позабыл он о своём кровном величии.
Его тёмная сущность другим страдания несла.

Прозвучал выстрел. Попала пуля в него,
Но накинуться на меня он успел.
Он, умирая, обратился в Вэлкона прежнего.
Напоследок имя твоё брат прохрипел.

Меня ты обвинила в его смерти.
Прокричала, что убийца лишь я.
Заметила, что меня укусил он некстати.
Смотришь с опаской теперь на меня.

Та, что Алира, схватила тебя.
Прямо к Дракуле в лапы потащила она.
Я лишь успел взволноваться любя.
И смотреть, как машет крыльями, словно ворона.

Но попав к тварям на кошмарный бал,
Я освободил тебя от рядом находившегося зла.
Сын темноты вампирами повелевал,
Когда мы бежали, эта толпа нас чуть не застала.

В твоём доме дверь мы нашли.
Во владения Влада прямо прошли.
Там на счастье подарила поцелуй
И словно молвила: тьму убить ты попробуй.

Отправилась мне ты за лекарством,
А я отправился к Владу.
Покончу я с ним одним лишь убийством,
Ведь только оборотень над ним одержит победу.

Пробили полночь часы.
Мой волк вырвал победу клыками.
Всё происходило, как по сценарию бенефисы
С торжествующими на сцене словами.

Вот появилась и ты с зельем в руке,
Чтобы от проклятия меня излечить.
Но к моей не была ты готова атаке.
И помчалась вперёд, меня чтобы выручить.

И по моей вине ты, Анна, оказалась мертва.
Не помогла в этот раз молитва твоя.
Нет, не виню я всевышнего божества.
Здесь целиком вина лишь моя.

Прощался с тобой на берегу у синего моря.
Ведь ты не видала его никогда.
Так и стоял на огонь полыхающий смотря.
Знай, Анна, я запомню тебя навсегда.

Вдруг я почувствовал, как твой дух коснулся меня.
Прошёл мимо, направившись к белым небесам.
Вижу, теперь вся вместе королевская родня.
Заметил, улыбнулась ты мне, после улыбнулся я сам.

*****

Ван Хельсингу

О, дорогой Ван Хельсинг! Сколько чести для скромнейшей в Трансильвании персоны!
Да что вы говорите! Нарушаю я святые божие законы?
Ая-я-я-яй! А я, невежда, даже и не знал в себе злодея!
Что ж, тогда покаюсь перед вами. Это ведь хорошая идея?
Не спешите вы святой водою поливать меня — нет, не поможет…
Кол осиновый мне в грудь вонзенный — даже он убить меня не может.
Никогда вам не понять той боли, что меня внутри все время точит.
И никто помочь, увы, не может, да и, честно, врятли кто захочет…
От любви великой иль от злобы я теперь терплю свои мученья.
А как хорошо все начиналось — словно небольшое приключенье…
А людишки могут лишь бояться и визжать, страх смерти предвкушая.
Я же их жалею — помогаю сократить дороги их до рая.
Положительным зоветесь вы героем — ну, а я злодей, видать, что надо,
Раз уж вы решили самолично умертвить меня, такого гада…
Что ж, я знаю, спорить бесполезно — такого общественное мненье…
Ну, тогда мне только остается пригласить вас в скромное именье.
Адрес вам известен, я уверен. Если нет, узнать его не трудно.
Жду вас с нетерпеньем. Не прощаюсь — это ведь банально, да и нудно…

Громова Ольга

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *