Стихи о Львове

Стихи о ЛьвовеКрасивый город Львов, старинный и прекрасный.
И улочки его волшебны, и легки.
Такой таинственный, такой многообразный,
Как музыкальная шкатулка старины.
Магический, загадочный, мифичный.
Во Львове происходят чудеса.
Кофейный аромат так упоительно,
Волшебной шалью опустился на дома.
Необычайный, романтичный, страстный!
Все парочки во Львове влюблены.
Здесь пахнет вкусным кофе, шоколадом.
Здесь ароматы счастья и любви.
Чудесны прянично — ванильные дома,
Мощеные дороги старым камнем,
Убранство улиц дивное весьма,
Как в старой сказке в золотом сиянии..
Тут «філіжанка кави» — это смысл!
И без нее ни вечера, ни утра.
Здесь по-другому протекает жизнь,
Остановилось время тут как — будто.
Костелы, церкви, площади и замки,
Дома, Театр Львовский — сотни лет стоят!
Все сохранили НАСТОЯЩИЕ львовяне.
И ремесло пивоварения хранят.
Гостиницы, кофейни и музеи —
красивы, величавы и стары.
Чудесно сохранили галереи,
Историю львовян и их земли.
Красивый город Львов, старинный и прекрасный.
В бумажную коробку мечты не спаковать.
Немного грустный, но какой он классный!..
Что хочется еще там побывать…

Сенченко Наталия

*****

Пьянящий запах старины
Неуловимо превосходен!
Остатки крепостной стены,
Скорбящий лик на темном своде.

В тенистых парках листьев шум,
И запах кофе из кофеен.
Мадонна в нише на углу.
Явь и мираж. И сон навеен.

По узким улочкам твоим
Едва разъедутся трамваи.
Здесь по брусчатым мостовым
Повозки с грохотом сновали.

На рынок свозится товар.
На площади столпотворенье.
Толпа кипит. И млад, и стар
По будням и по воскресеньям.

И колокольный звон плывет
Над шпилями на острых крышах.
К заутрени народ зовет.
И верит люд, что Бог услышит.

Число мгновений и веков
Часы над ратушей считают.
Седой и вечно юный Львов
Живет. И время отступает!

Герасименко Сергей

*****

Не найду красивых слов,
Чтоб поведать всем про Львов.
Лучше всё же посмотреть,
Давних лет увидеть медь.

В центре ратуша стоит,
Сверху дивный милый вид.
Город древний и большой,
Сильный Лев, но он не злой.

Едет люд со всех сторон
В город-сказку, город-сон.
Люб ты мне без лишних слов,
Град великий, славный Львов.

Тимошенко Тарас

*****

Место где родился, помнить обещай!
Может ты всю ночь молился? Живи, люби, скучай…
Ты за него гордиться будешь. И ты запомни навсегда:
Быть может жизнь свою разлюбишь, Но этот город никогда!
Я не забуду город — Львов! И часть души осталась там,
И не сказать всех добрых слов, что б описать тот город Вам.
Его когда-то Лемберг звали, теперь в Канаде город есть,
Который так именовали, до нас дошла о нём лишь весть…
Со Львовом точно не сравнится ни город, ни село!
И будешь ночью ты молится, за здравие его.

*****

Львов как первая любовь
Или страсти эмигранта:
Дети капитана Гранта
Ищут лучшей жизни соль

Львов как праздник для стихов
И большие девы очи
Где пейзаж зари пророчит:
Вот он, настоящий Львов
Тьма камней, свет облаков…

*****

Дождь во Львове…
Поэма во славу Ему
Да, город мрачен
Но это тоска по свету
По вечному свету Голгофы
Где каждая капля воды
Летит будто капля крови
Очистить паломника града.
Какая же это награда
Ступать по брусчатке мокрой
И солнце спаслось за тучей
И Бог молвит из облаков…

Матаков Константин

*****

Красотой своей ты манишь,
К сердцу льнёшь как мягкий пух;
Краской маков душу ранишь
И ласкаешь нежный слух…

Львов — от «льва» ты, наречённый,
Зазываешь в гости всех!
Я, Украйной упоённый,
По холмам несусь всё вверх…

Бог, отныне и вовеки
Этот Город сохрани!
Нежность льнёт ко мне на веки,
В эти сказочные дни…

Суслов Алексей

*****

Здесь история нетленна!
Приглашаю в город Львов!
Здесь эпохой дышат стены
И затерта грань веков!

Тут смешались речь и люди,
Слились Запад и Восток!
Тут Европой веет всюду!
Но Европой стать не смог…

Отсечен навек границей!
Но другие здесь дома.
И еще — другие лица.
Но увидишь всё сама.

Мостовыми улиц разных
Мы пройдемся не спеша!
Увлечет игрой контрастов
Город древний… Приезжай!

*****

Снова, снова, снова Львов!
Ехать я сюда готов
Летом, осенью, весной…
Этот край душе родной…

Тимошенко Тарас

*****

Спирали тут спирали Львова странного вечернего
Все больше завиваются они как волос ангела
Похожие похожие на винтовые лестницы
Которыми восходят и нисходят все прохожие

Столь резок поворот их что не разгадать дальнейшего
Ничто там ожидает или чей-то разум плачущий
Но пряжа улиц стареньких таинственно распутана
Идя по ней и в ад попасть возможно и спасти личину грешную

*****

Его нельзя сравнить с Парижем,
Мой древний и уставший Львов.
Здесь всё родней и сердцу ближе
от мостовой до облаков!

И чем тебе не Парижанки?
разве немного посмуглей
та чернобровее Львовянки.
Чем Парижанки, веселей!

А парубки у нас какие!
Куда французскому месье!
Жаль, чуть пожошче мостовые
та перештопанные все.

Зато, ступаю я без страха
На землю предков, и пусть в грязь!
и радуюсь, как в поле пахарь,
что не в Париже родилась!

Николаева Ирина

*****

Лабиринты узеньких улиц,
Арка, дворик, подъезд, этаж.
Из окна виден купол собора,
Старый Замок, цветной Вернисаж.

Из другого окна виден дворик.
Старый двор, весь увитый вьюном.
Рассекают пространство веревки
С накрахмаленным свежим бельем.

Все соседи живут здесь отдельно:
Своя дверь, свой этаж, но балкон…
Здесь балконы идут параллельно
Вдоль дверей, вдоль соседских окон.

Денисова Татьяна

*****

По каменистым улицам, по скошенным домам,
По площадям и скверикам, по розовым садам
Играют в прятки зайчики, солнечные лучики,
Весна во Львове ранняя, весна во Львове жгучая!

И с высоты огромнейшей — не счесть наверх ступенечек,
Весь с башни белой Ратуши Львов-город разлился:
Соборы, церкви, здания, проспекты и площадочки,
Расшитый нитью рельсовой в трамвайные путя…

Простые одуванчики, улыбки и молчание —
Тем много было сказано для сердца моего.
И я была счастливая — одно лишь есть желание:
Ты подари мне, город, часть сердца своего!

Прекрасен на рассвете ты, и в розовом закате,
Как жаль, что не художник я — смогла б нарисовать!
Но только нет тех красок и нет таких цветов,
Я лучше подарю тебе букет из теплых слов!!!

*****

Запах черного кофе над Львовом
Мне особенно сладок и мил.
Там старинные двери с засовом
Пропускают в божественный мир.

По крутым опускаясь ступеням
В полумрак, через арочный свод,
По волшебно играющим теням
Попадаешь в подвальный грот.

Сев с друзьями за столик у стойки,
Лёгкий пульс ошушая в виске,
Пью с холодной водой кофе горький,
Что заварен в горячем песке.

В те года постигали мы вместе
Наш единственно правильный путь,
Подчиняясь всеобщей фиесте,
Гуща кофе вскрывала нам суть.

Возвратясь, через многие лета
В то кафе, чтоб отведать глоток,
Понимаю, что жизнь, как комета
Перешла там на новый виток.

Запах чёрного кофе во Львове…

Гендель Семён

*****

В каменных двориках тихо шуршит листопад,
клены роняют багряные слезы свои,
литья в осеннем дурмане в аллеях кружат,
такт отмеряя опять и опять раз-два-три.

Голуби взмыли, догнав в синеве облака,
воздух осеннею пряностью словно умыт,
Ника на Оперном снова как птичка легка,
с пальмовой ветвью над Львовом в полете парит.

В центре на ретро поймал вдохновенье оркестр,
в узеньких улочках звуки плывут словно сон,
львовская осень зовет на смотрины невест
снова играет свой марш старичок Мендельсон.

Сумерки в вальсе пустились во всю танцевать,
Осень прикрыла улыбку ажурной фатой,
вечер старается на небе звезды поймать,
чтобы рассыпать повсюду их доброй рукой.

Золото в двориках за день намел листопад,
осень вдыхает взволнованно воздух любви
и каблучки ее в легких касаньях скользят,
такт отмеряя опять и опять Раз-Два-Три!

Богданов Лев

*****

Скоро осень и трамваи улетают,
А вместе с ними улетаю я…
И кто сказал:-«Такого не бывает!»
Кто шепчет, что всё это конопля?!

Во Львове каждый шпиль направлен к звёздам,
Плескаться в лужах не львовян удел.
В трамвае старом мы догоним грёзы,
Вскочил в него, пока стоит и по-ле-тел…

По узеньким улочкам Львова,
Где светел родительский кров,
Трамвайчик стучит мимо дома
На стыках судьбы и веков.

По узеньким улочкам Львова,
Трамвайчик привозит ко мне
Округу, что сердцу знакома,
И свет, что напротив в окне.

Трамвайчик старинно-каретный
Везет бесшабашность мою:
Свободный такой, безбилетный
Легко на подножке стою.

Слезою незримой стекает
Звонков умолкающих трель.
Мой детский трамвайчик скрывают
Года за холмами потерь.

По узеньким улочкам Львова,
Где светел родительский кров,
Трамвайчик стучит мимо дома
На стыках судьбы и веков.

Праздников Борис

*****

По улочкам старого Львова
Несу золотые ключи…
Трамвайчик колёсами снова,
Как в детстве далёком, стучит…

Стою на углу, у трампарка,
Где я на Гвардейской жила:
Легко, интересно и ярко
Когда-то здесь юность цвела…

И вижу я красный вагончик,
Старинный трамвайчик чудной,
Звенит серебром колокольчик —
Он так и стоИт предо мной!

Вскочив на подножку трамвая,
На лавку к окошку сажусь,
И сердце в груди замирает,
И нежная стелется грусть…

И улиц родные пейзажи,
Плывут за трамвайным окном,
Как будто и нЕ было даже
Разлук многолетних потом…

В трамвайчике еду по центру,
На площади Рынок встаю,
Обратно кручу киноленту —
Встречаю вновь юность свою…

Пройдусь по брущатке старинной,
Напротив двух каменных львов:
Встают предо мною картины
В живом обрамленьи веков…

Львов — центр Европейской культуры,
Здесь — готика и ренессанс:
История в архитектуре
Звучит, как старинный романс!

Подвальная и Короленко,
Грюнвальдская и БогунА —
Сплетаются улочки-ленты,
К ним память-дорога одна…

Всё мило и дОрого сердцу,
В душе лёгкий трепет (чуть-чуть)…
Открыв потаённую дверцу,
Я в прошлом остаться хочу…

Левченко Инна

*****

Львов говорит мне, что теперь пора летать
Вокруг КатЕдры обернуться мрачным солнцем
В ночи к вокзалу пробираться словно тать
Вглубь по безлунным небесам над Городоцкой

Но Львов не выпустит дух с плотью никогда
И потому, подобно птице, — возвращаться
Присесть на шпиль Елизаветы навсегда
И петь про нимбы на картинах итальянцев

Огонь восходит здесь на западе и ждет
Пока со шпиля улечу к собору Юра
Вот изваянье змееборца, мой полет,
Спустись с холма, вкушая вечную микстуру

Уже закат, куда ты снова, вялый ум?
К часам на ратуше, армянской колокольне?
Иль может лучше soli Deo навещу,
А там, — к Успению стремленьем богомольным?

Где ты почувствуешь боль православных братств
И раздвоишься, зря две башни Михаила
Один — на купол Параскевы в поздний час;
Другой живет во тьме барокко Бернардина

И на брусчатке повстречаются два «я»
Две птицы черных в сем печальном райском месте
И будут хлеб клевать — в нем жизнь и смерть горят
Чуть позже град ударит манною небесной

Перед трамваем близ каплицы две в одно
Соединятся до последней струйки крови
О, Богоматерь, в церкви Ты открой окно
Я потерялся, чтоб быть найденным во Львове..

P.S.
Ты воплотился тут до Высшего Суда
Был русским князем, Книгу книг печатал
Вместе с казаками за правду воевал
И стал изгнанником с приходом супостата

Преображенья храм, где рядом был убит
Растет по-прежнему до неба белым камнем
Галичины столица снова говорит
О бедах, о мечтах, о Боге в ранах…

Матаков Константин

*****

Этот город, как будто всё сделал за нас,
Чтоб вопросы друг другу не ставить ребром,
Холодеющий воздух, пропахший костром,
Застывающей влаги дрожащий алмаз.
Растворяется в мареве древний костёл
И новейшие здания — глыбы стекла,
Их высотная мощь понемногу стекла,
Снизу в верх, в поднебесный прозрачный котёл.
Церковь, свечи и злое ворчанье старух,
Чашка кофе и сладкий Цветаевский стих,
Долгий шёпот полночный, а город уж стих,
…На губах поцелуев дурманящий дух
И становятся наши порывы смелей,
Всё такое же лёгкое, как и листва
И готовое сдвинуться с места едва,
Дунет ветер в тугие раструбы аллей.
Этот город осенний один виноват,
В том, что бродим, приюта вдвоём не найдя,
В том, что вижу тебя, в тонких струях дождя
И не зря его дымчатый взгляд хитроват…

Праздников Борис

*****

Лишь только над Львовом ночь ляжет безмолвьем глухим,
и камни седые опять обольет лунный свет.
Как призрак появится снова с дозором своим
Данило король, в сталь доспехов как рыцарь одет.
Старинные башни и храмы окутает мрак,
костелы и церкви крестами проткнут небосвод
и ветер промчится со свистом, как будто, сквозняк,
ночь длинную песню свою с тишиной запоет.

Не слышен на улицах цокот тяжелых копыт,
и сталью зловещей о латы мечи не скрипят,
лишь воздух ночной, мелкой дрожью от скачки дрожит,
и птицы как змеи в полете зловеще шипят.
За спинами вьются плащи непокорной волной,
горячие кони рвут нервно поводья из рук,
и в шорохах ночи, пронизанных мглой голубой,
снежинками медленно тает нечаянный звук.

Хозяйство свое охраняет король семь веков,
не ведая сна, объезжает владенья свои,
двуручным мечом он в любую минуту готов
сразить супостатов — врагов галицийской земли.
Меж сдвинутых тесно друг к другу суровых бровей
застыли, сверкая как звезды, Данилы глаза,
разлегся туман под копыта крылатых коней,
крест в небе блестит под луною как Божья слеза.

И рядом бегут с ним свирепые, мощные львы,
ощерив тяжелые пасти рычаньем клыков,
на улочках узких порой проступают из тьмы
кольчуги и шлемы его самых стойких полков.
Сплелись невесомые тени в узор кружевной,
а ночь щедро сыпет на Львов с рукава звездопад,
и только кой где, непослушно, под бледной луной
в домах одинокие окна упрямо не спят.

Но грозный король как стрелою в них взгляд свой метнет,
покорно погаснут от страха в тех окнах огни,
безмолвье ночное под взглядом суровым замрет,
и мрак, словно тайна, над городом снова стоит.
А следом идут, взяв в котомки молчанье с собой,
монахи, надвинув на лоб капюшоны свои.
На ратуше ночью часы отмеряют свой бой,
и стрелки спешить продолжают до самой зари.

И только когда заалеют с Востока лучи,
а ночь, тихо снимет чадру, и свой черный убор,
вложив в ножны молча, без стука стальные мечи,
в предутренней дымке исчезнет внезапно дозор.
Взлетят птицы в небо, вокруг распугав тишину,
луна, прихватив с собой звезды, отправится прочь,
и алой зарею, стыдливо прикрыв наготу,
растает как призрак хрустальная, львовская ночь.

Богданов Лев

*****

Во Львове снова мой приятель Дождь
Зовёт гулять пустынным переулком.
Сейчас промокнут ноги… ну и что ж —
Я всё равно не отменю прогулку!

Вздыхая, зябнут мокрые дома,
В лицо пахнУла сыростью аллея…
(Забыт на кресле старый том Дюма,
Но я об этом вовсе не жалею…)

Стекают струйки с водосточных труб,
И голуби нахохлились под крышей…
А я чечётку дробно — зуб на зУб —
В такт капелькам уже стучу чуть слышно…

А небо, словно грязное сукно,
Промокшее насквозь, вот-вот порвётся…
С асфальта дождь, смывающий пятно,
Полощет в луже отблески от солнца!

Под зонтик мой, в глаза мне заглянул
Бродяга-Дождь и подмигнул устало,
Потом куда-то влево он свернул
И резко повернул зачем-то вправо…

Проходим вдоль уютного кафе —
Там музыка и кофе ароматный…
Но дождь пробормотал невнятно: «…фе…»,
Не захотел. И это не понятно!

Какой же он зануда и чудак,
С ним долго быть не очень интересно:
Приходит он нежданно, просто так,
А, вот, когда уйдёт он — неизвестно…

Бродили мы по городу пол дня,
И надоесть мне дождь успел порядком!
Но вдруг обнЯл за плечи он меня,
И вмиг иcчез… оставив лишь догадки…

Левченко Инна

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *