Стихи о Рудольфе Нуриеве

Стихи о Рудольфе НуриевеРудольф Нуриев — яркая звезда
В балете. Неуёмный темперамент,
Полёт, любовь, желанье, красота,
Блаженство с безудержными страстями.
Он в необычных варварских прыжках
С поджатыми ногами ввысь взлетает,
От пола выше в нескольких шагах
На некое мгновенье замирает.
Он бросить вызов родине посмел
И дерзко совершил «прыжок в свободу».
Но никогда об этом не жалел,
Не заливался горькою слезою.
Подставив под удар друзей, родных,
Из Франции с гастролей не вернулся.
Со временем стал очень знаменит,
Уверенный в себе, не обманулся.
Блестящий, гениальный, равных нет.
Любимый публикой, он покорял все сцены.
Талантом ярким он взорвал балет,
В искусство танца вклад его бесценен.

Чуйко Людмила

*****

Некоронованный король!
О, как мала тебе корона!
ЕДИНСТВЕННЫМ, как
вечная любовь,
Ты был рожден по воле Бога!

«Гадким утенком» из детства шагнул
В волшебное царство балета.
Лукаво Создатель Судьбе подмигнул:
«Увидишь, что будет за чудо!

Его Я талантом таким наградил,
Какой лишь раз в жизни дается!
Он лебедем гордым будет царить,
Звездою бессмертья ко Мне в срок вернется!

Да, будет он дерзок, капризен, упрям…
Несдержан… Даже сверх меры!
Но не забывай, мой Нуреев — ТАЛАНТ!
И тоже слегка сверх меры!

Я дам ему все, что есть на земле,
Не будет ни в чем недостатка.
Но горькую чашу с хмельной наравне
Он выпьет. До капли. Всю. Без остатка».

Слова Создателя сбылись:
Ведомый Вышнего рукою,
За каждый час, что в славе прожит был,
Нуреев заплатил с лихвою.

Он жизнь на карту положил,
Судьбе дерзил, в лицо смеялся…
И лишь балетом дорожил,
Ему, как Богу, поклонялся!

Бесценный дар — Всевышний дар —
Молитвой в Вечность возвращался.
Когда Нуреев танцевал,
Он в небе с Господом встречался!

На сцене в танце всякий раз,
Себя сжигая без остатка,
Он приближал свой смертный час —
Жизнь не бывает долго гладкой.

А мир ему рукоплескал!
И все прощал. И восхищался!
Когда Нуреев танцевал,
Им сам Всевышний любовался!

Но все проходит. И судьба
Полынью горькой наполняет чашу:
Гастроли… Сцена… Балет…
Все, что любил, все ушло. Навсегда!
Себе он оставил

БЕССМЕРТИЕ,
ИМЯ
и
СЛАВУ!

Беляева Ольга

*****

Рудольф Нуриев — балетмейстер, артист балета, режиссёр,
А так же, в частности в последние годы жизни, дирижёр.
Он был легендой в течение и после жизни, по сей день.
Нуриев был трудоспособным, ему не присуща лень.

Талант Рудольфа сочеталась с куражом и силой воли,
Железной дисциплиной и упорством в творческом поле.
Танец Рудольфа был сильным, мощным и выразительным.
Мастерство исполнения — триумфальным, поразительным.

Рудольф ценил индивидуальность, самовыражение,
Творческую свободу, новизну и к себе уважение.
Транслировал то, во что глубоко и страстно верил,
И благодаря тяжёлому труду на практике проверил.

Он жаждал как свободы творчества, так и свободы тела.
Мог танцевать под муз. сопровождения или а капеллу.
Нуриев был темпераментным и удивительно пластичным.
Соло, дуэты исполнял со вкусом, виртуозно, эстетично.

Добавил женственности, гибкости, лёгкости в мужской танец.
Он так же воплотил природную сексуальность, эмоциональность.
Рудольф Нуриев повлиял на историю балета, его направление,
Свершив открытие, революцию, эволюцию в балета становлении.

«Лебединое озеро», «Ромео и Джульетта» — его постановки…
«Щелкунчик», «»Баядерка» — над ними работал без остановки.
«Спящая красавица», «Танкред», «Манфред», «Тени», «Дон Кихот»…
Рудольф Нуриев — гений балета, ему по плечу земля и небосвод.

Был одарённым, умным, и в то же время трудным, капризным.
Ценил свободу выбора на западе, в душе любя свою Отчизну.
Нуриев внёс лепту в мировой балет, храня русскую традицию.
Вся жизнь — творческий путь-поиск, своего рода экспедиция.

Семнадцатое марта — Нуриева Рудольфа день рождения.
Он был новатором, создателем балета перерождения.
Человек с редким, великим талантом ушёл из жизни рано.
Рудольфа вклад в искусство жив, в вечность не канул.

Мила Альпер

*****

Этот танец живой! Что сказать о моих ощущениях?
Как же выразить в строках вот этот безумный восторг?
Был рожден танцевать одинокий, задумчивый гений.
И стремился взлететь выше самых заоблачных гор.

Тосковал о родных, о любимых друзьях и о маме.
Но увы! Только сцена огромная — лучший твой дом!
Ты меня научил разговаривать с миром стихами.
И любить, и творить, и навеки забыть о былом.

А, когда в суете не встречала в друзьях пониманья.
И, когда даже скрипка унять эту боль не могла.
Взгляд твоих серых глаз говорил: «Ты все выдержишь, Таня!
И, вернувшись с победой, подаришь немного тепла!

Если только припомнишь, как в классе меня унижали:
«Сумасшедший мальчишка! Ты что о себе возомнил?!»
И туманился взор, непослушные руки дрожали.
Занимался упорно, хоть падал порою без сил.»

Вознесен над толпою, и вмиг оказался героем,
Но не скрыли портреты печальный, задумчивый взгляд…
«Да, на уровне мысли могу я общаться с тобою,
И смеяться с друзьями моими по-прежнему рад.

Я живу в этих людях, в их письмах и воспоминаньях,
И пока вы бессмертны, то я не умру никогда.
Неспроста в этом мире встречаются нам испытанья,
я хочу, чтобы вас миновали печаль и беда.

Но довольно! Встречается счастье на этой планете,
Бесконечное чувство Любви выше всяких раздоров, обид.
Пусть запомнится образ мужчины в красивом плаще и берете,
Что сквозь Вечность бескрайнюю в сердце твоем говорит.

Знаю ведь, как изранить способно жестокое слово,
Обессилев, стоишь на пороге безумного дня.
Побеждать эту боль ты научишься снова и снова,
А, когда улыбнешься, пожалуйста, вспомни меня!»

Сокол Татьяна

*****

Покорный времени Слуга,
Усталым лягу.
Чтоб не впустить в свой дом врага,
Ломаю шпагу.

Эпохи верные сыны!
Поглотит Лета,
Все ваши трепетные сны…

Любовь к балету
претерпит все и все свершит,
Сказал Всевышний.
Когда Дитя мое спешит
Совсем неслышно…

Все уж раздав, не потерял
Любви к Искусству.
Людскому разуму, что мал,
Сдавались чувства.

Мы, в легком ритме роковых
своих движений,
Слагаем боль, слагаем стих
своих стремлений.

Кто победитель, тот и прав!
Слагайте песни.
Последнюю любовь поправ,
Жить интересней!?

От всех великих мудрецов
Времен, народов
Я запираю на засов
Свою Свободу.

Войдя в раскошный, дивный зал,
Где нимфа пляшет,
Вы вспомните, что я сказал,
Она не ваша.

Не ваша Дочь, не ваша ночь,
Не ваш Ребенок,
Ей только я смогу помочь
По всем законам.

Пророки городов златых!
Вы ошибались.
Уже написан первый стих,
И чья-то зависть,

Заставит Бога хохотать
Во храме ясном.
Она для многих словно мать,
Ябыл ужасным.

Тираном пламенных ночей,
Обрядов древних,
При блеске всех лампад, свечей
Спущусь на Землю!

И всяк, кто беден иль богат,
В меня поверит,
И спросит: «Был ли ты женат
Рудольф Нуреев?»

А я отвечу: «Был женат,
На балерине,
И был еще для вас как брат,
И вяз в трясине,

С несчастной девочкой моей,
Вставал из пепла…
Но Муза Замков и ночей
Уже окрепла.

Она несется сквозь толпу,
В пуантах звездных,
Она срывает на лету
Венки и розы.

И даже мрамор ваших плит,
ловчее зверя,
Она докажет, что не спит
Рудольф Нуреев.

Глядит в сады на города,
Родные люди!
Ваш друг, танцовщик и звезда
Строптивый Руди!

И многих я не понимал,
А мир боялся,
Когда я звонко хохотал,
Когда метался.

«Мое хорошее дитя,
Меня запомни,
Когда танчуешь ты шутя
В просторе комнат,

Когда упрямо люди спят,
И дремлют звери,
Припомни, детка, чем богат
Рудольф Нуреев,

И для кого он танцевал,
Над чем трудился,
И всех, кого он целовал,
Кому молился!

С улыбкой тихо отойди,
Скромна для вида,
Ты бьешся у меня в груди,
Моя Сильфида!.

Мои хорошие друзья!
Поверьте в чудо!
Пускай сгорел от СПИДа я,
В сердцах пребуду.

Взойду над пропастью времен,
И поколений,
Над сонмом золотых знамен
И выступлений.

Моя любимая семья!
Поверьте в это!
Что это к вам взываю я
С иного Света!..

Меня любовью обогрей,
Чтоб мир поверил,
Я ваш, родные и ничей,
Рудольф Нуреев!

*****

Не грусти обо мне. Будь такой, как всегда,
Пусть останется с нами далекий секрет.
Просто в небе случайно упала звезда,
Я ушел от людей. Здесь меня уже нет.

Нет для тех, кто давно позабыл чудеса,
Кто скорбит и в страданьях находит покой,
Нет для тех, кто в ту ночь закрывал мне глаза,
Я из жизни ушел. Но остался с тобой.

Не гляди по ночам в темноту, в пустоту,
Ни к чему тебе видеть болезнь старика.
В жизни каждый из нас переходит черту,
За которой бледнеют миры и века.

И, бывало за самым дурным и смешным,
Разглядишь огонек, что не гаснет вовек,
Ты вздохнешь и пойдешь осторожно за ним,
Пусть бушует гроза или падает снег.

Даже если в толпе не увидеть лица,
Все услышат биение наших сердец.
Кто живет на земле с ощущеньем конца,
Пусть тогда объяснит, что такое конец.

Почему же тогда зажигается мысль,
Стали тенью нелепой почет и престиж,
Доброта и талант воедино слились,
А за пыльным окошком мерцает Париж?

Почему я тоскую по этой земле,
Почему в облаках растворился мой лик?
И блеснут капли пота на бледном челе,
А желанье парить превращается в крик!

Я тебя негодяю в обиду не дам,
А, когда заалеет над миром заря,
Станешь мудрой, решительной не по годам,
Вот тогда я пойму, что волненья не зря

Не грусти. Отчуждение вхоже в твой дом,
Зависть жалит порою сильней, чем змея,
Попросить лишь тебя я хочу об одном:
Ты не плачь, как ночами плакал я.

Понимаешь, без танца совсем нелегко,
Хоть среди облаков простирается рай,
Может быть я согреюсь в потоках стихов,
Иль на скрипке своей ты мне Баха сыграй.

Не грусти обо мне. Я такой, как всегда!
С нами Вера, Талант,Чистота и Любовь.
Пусть тебя не коснется печаль и беда,
Не суди о других. Я остался с тобой.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *